Книга Темные секреты драконов. Обещания, страница 64 – Ника Ёрш

— Не говорите ерунды, — сурово заявил “дубль первого”. — Мы все равно вас не пустим.

— Хорошо, — согласилась я, вынимая из сумочки рунофон. — Тогда мне придется связаться с полисмагами и сообщить им о беспределе, который вы здесь устроили. Знаете капитана Джаза?

— Допустим, — буркнул здоровяк, нервно покосившись на дверь в палату.

— Он лично позвал меня для помощи мэру, — почти не солгала я. — И, если счет жизненных сил гера Мимиса идет на дни, то сами понимаете, вы способствуете убийству. Он умрет, и вам никто не поможет.

— А вам до нас какое дело? — раздраженно уточнил “дубль”.

— У меня очень высокие моральные принципы, о которых ходят легенды, — ответила я деловым тоном. — Пособники убийства не останутся безнаказанными.

— Чего вы хотите? — устало спросил здоровяк.

— Хочу войти в палату к старому другу и провести диагностику под вашим присмотром, — тут же ответила я. — Вы не сведете с меня глаз. Я дам вам свои документы. Меня ведут лишь благие намерения.

— Вы же темная магичка, — не поверил “дубль”. Он вообще казался более сообразительным.

— Темная. Но с чистым сердцем и открытой душой, — кивнула я, добавляя с оскорбленным видом: — Нельзя оценивать человека предвзято, опираясь лишь на глупые слухи о нашей якобы злобности. Так вы дадите мне спасти человека?

Охранники переглянулись, пожали плечами и кивнули почти синхронно. Здоровяк бросил, глянув на меня:

— Идите. Но без глупостей.

— И документы дайте, — опомнился “дубль”, протягивая руку. — Кто вы такая вообще?

Я покопалась в сумочке и предоставила им права на вождение магобиля.

— Гера Василиара Эффит, — прочел охранник. — Что-то вы на себя не похожи. Здесь какая-то страшненькая девчушка.

— Это магия магографий на документы, — вздохнула я, поправляя прическу. — Присмотритесь внимательней. И извинитесь за “страшненькую”.

— Простите, — послушно кивнул он, вглядевшись в карточку. — В жизни вы гораздо симпатичнее.

— Правильно говоритькрасивее, — поправила его я, входя в палату.

Мэр Мимис лежал один среди множества ваз с цветами. Зрелище было скорее пугающим, чем милым и поддерживающим. Я бы точно не обрадовалась, если пришлось бы очнуться после болезни в эдакой оранжерее медленно увядающих растений.

Но не мне судить о предпочтениях мэра.

Выглядел пациент скверно: бледный, осунувшийся, с темными мешками вокруг глаз. Я перестроила зрение, присмотревшись к его ауре. И ничего не заметила. Сущность отлично пряталась от посторонних, не желая быть узнанной и убитой. Однако, стоило мне подойти чуть ближе к мэру, как его ноздри затрепетали, а веки чуть приоткрылись. Мужчина тихо застонал.

— Что с ним? — забеспокоился здоровяк. — Может, позвать лекаря?

— Конечно, — согласилась я и посмотрела на “дубль”, дабы избавиться от более умного надсмотрщика. — Идите, найдите медперсонал. Скажите, мэр приходит в сознание.

— Ивар, ты за старшего! — бросил он и сбежал, бросая нас со здоровяком одних.

Я довольно ринулась к больному. Но здоровяк неожиданно преградил путь, грозно повелев:

— Отойдите. Лекарь скажет, можно ли беспокоить больного.

“Заговаривать ему зубы нет времени, — подумала я, — после прихода лекаря меня, скорее всего, погонят отсюда и больше не впустят. Придется применить силу к охране и позже объясняться в полисмагии из-за своих действий. А ведь за это они попробуют настоять на ментальном допросе, и тогда может всплыть самая неприглядная правда”.