Онлайн книга «Зверь. Контракт на послушание»
|
И до того, как говорившая открыла рот, понял, с кем имеет дело. Никогда не забудет этот назойливый взгляд и скуластое лицо с вечно поджатыми в нитку губами. Волк внутри ощерился, готовый порвать суку на кровавые ошметки, и Алекс не стал бы ему препятствовать. Потому что один раз охренеть как сглупил и оставил тварь живой. Хотя по законам банды должен был пристрелить лично. - Ну привет, Волчонок… Детское прозвище заставило сильнее сжать зубы. Только Эль рисковала называть его так, и до того, как появилось «Логово». - …Твоя новая игрушка у меня, - широко ухмыльнулась Анника. – Давай посмотрим, как быстро ты ее найдешь, м? У тебя один час. И картинка пропала, оставляя его один на один с временем и догадками, которые могли стоить Ясе жизни. *** - Милая, просыпайся, просыпайся же… Голос, когда-то бывший родным, сейчас заставил подскочить на ноги лучше всякого пинка. Толком не соображая, я шарахнулась в сторону и, налетев на стену, больно ударилась плечом. - М-м-мам, - не то застонала, а может, произнесла то слово, от которого давно отвыкла. Линда Росич одарила меня самой безмятежной улыбкой и поправила светлый локон, закладывая его за платок – обязательный атрибут Общины. - Я знала, что ты вернешься, дорогая, - проворковала, словно мы виделись сегодня утром. – Наш Пастырь, всеблагой и всевидящий, обещал мнеэто. Он знал, - выдохнула с благоговением. А меня перетрясло от ужаса. Я опять в Общине! Адам здесь, и моя мать, как прежде, сходит по нему с ума. Настолько, что готова жертвовать собственной дочерью ради шанса «получить благословение» - так ублюдок называл близость. Благословение, черт бы его побрал! - Выпусти меня, - прошептала, заранее зная, что это бесполезно. Мать тут для чего угодно, но только не для помощи. Она всегда и все делала только ради себя. Забеременела, чтобы удержать отца, а когда тот испарился – нашла себе новую «опору». Вопреки всему отчим оказался хорошим человеком. Растил меня, играл, воспитывал… В то время как мать лишь иногда могла поучаствовать в процессе. Ах, если бы он не умер, то ничего этого не было бы! Я нервно облизнула губы, оглядываясь по сторонам. Помещение было большим. Больше напоминало склад, а не комнату. Ободранные стены кое-где замаскированы тканью, куча всяких проводов, стелившихся пучками по полу и стенам, в одном углу перемигивались сразу пять мониторов, в другом блестела медкапсула. А рядом стоял шкаф с кучей пробирок, пластиковых коробочек и медицинских инструментов. Меня приволокли в какую-то подпольную лабораторию. И сделал это тот, от кого я меньше всего ждала подлости! По коже бежал мелкий озноб, ужасно хотелось разреветься. Я не ждала такого от Ника! За что?! Что я ему плохого сделала?! - Не кусай губы, - погрозила пальцем мать. – Ты же знаешь, нашему Пастырю это не нравится. Меня чуть не стошнило от нахлынувшей дурноты. Да, Адам не любил искусанных губ. Предпочитал грызть их сам. А еще бить, издеваться и… и все остальное. Нет, я не дамся живой. Ни за что! Но мои судорожные попытки придумать хоть что-то, что могло бы стать выходом, были прерваны шипением открывшейся двери и негромким: - Моя блудная овечка вернулась. Я вжалась в стену так, что затрещал позвоночник. От ужаса перед глазами поплыло, но, будто в издевку, фигура Адама оставалась до тошноты четкой. За эти пару лет ублюдок не изменился. То же лицо с волевым подбородком и высокими скулами, схваченные в хвост белокурые волосы и голубые абсолютно ненормальные глаза, в которых искрила жажда увечий и боли. |