Книга Сохрани. Уничтожь, страница 44 – Мария Хронос

Так время до ужина пролетело незаметно.

Когда телефон Кирана запищал, сигнализируя о том, что Астель готов выйти, Крис сняла щиты. Дверь почти сразу распахнулась, и вышедший к ним навстречу Астель теперь выглядел ещё прекраснее. Кожа сияла, щеки задел лёгкий румянец, глаза казались вечерним небосводом, полным мерцающих звезд. От былой ярости не осталось и следа. Он был весел и что-то напевал под нос, пока вошедший персонал заканчивал с сервировкой ужина. Киран и Крис многозначительно переглянулись.

— Я хотел бы принести извинения, — вдруг сказал Астель, когда они втроём уселись за стол. Крис, поднявшая было кусочек ко рту, так и замерла с вилкой в руке.

— Пожалуй, я повел себя грубо.Не самое лучшее первое впечатление…

— О, — выдохнула Крис. — О! Что вы, Галар Астель! Это и вправду мой первый день, поэтому я… Веду себя очень неловко, и, наверное, глупо… Но я быстро учусь! Поверьте, подобного… Подобного не повторится впредь. Это вы простите меня, это… это я должна извиняться!

Астель одарил ее таким взглядом, что сердце в груди забилось болезненно быстро. Он смотрит. Прямо. Ей. В глаза!

Святые праотцы! Она не знала, куда себя деть в эту минуту. Было одновременно и жарко, и холодно, и сразу стало не ясно, куда деть руки, и челка так некстати упала на лицо, и, наверное, она сидит сейчас вся красная, и выглядит так нелепо… Но как бы не было волнительно, пожалуйста, пусть это мгновение продлится вечность! Пусть эти голубые глаза, полные сияния звёзд, смотрят на нее ещё и ещё!

— Сегодня сочинили что-то новое? — голос Кирана заставил Астеля отвести взгляд.

— О, да, — он улыбнулся, откидываясь назад. Вся его фигура выражала удовлетворение. Крис подумала, что к другому человеку было бы применимо слово “самолюбование”, но по отношению к Астелю оно казалось слишком грубым.

— Уже думаю, не сделать ли эту песню открывающей на ближайшем концерте. Она такая… Живая. Полная надежд. Без лишней скромности, господа, возможно, это лучшее, что я сделал за все это время!

Крис заметила, как Киран закатил глаза. Так, как будто слышал подобные признания Галара далеко не в первый раз. Но что поделать, если каждая новая песня действительно выходила гениальной? Было бы странно, если бы Галар хоть раз выдал что-то, кроме шедевра! Крис подобная похвала казалась вполне справедливой, пусть даже и была сказана самому себе.

— Уже не терпится услышать, — смущённо улыбнулась Крис.

— О, вы следите за моим творчеством, госпожа Спаркс? Какой альбом ваш любимый?

— О, эээ, это сложный вопрос! — она нервно хихикнула, прикрывая рот салфеткой. — Ну, может быть, “Когда умирают звёзды”? Хотя нет, мне все безумно нравятся. Правда… Правда, очень сложно выбрать один.

Взгляд Астеля был полон такой нежности и тепла, что Крис почувствовала, как еда встала колом где-то в желудке. Это не сон? Не морок? Это все по-настоящему?

— У вас прекрасный вкус, госпожа Спаркс. Пожалуй, “Когда Умирают Звёзды”, да… Пожалуй, он идеален.

Крис сидела на краю кровати, бесконечно пролистывая диалог с Лав.

“Рада за тебя, кошечка”.

И это все?

Все, что она написала в ответ на огромные радостные полотна?

Крис расстроенно отложила телефон, снимая с головы резинку и взъерошивая волосы. Лав отправила это сообщение в девять, а сейчас уже почти полночь. Нет, она серьезно не собиралась больше ничего написать? Но почему? Они же вместе так ждали этого дня! По крайней мере, Крис так казалось… Лав всегда знала о ее любви к Астелю и переживала за нее, как за родную. А теперь просто… Пустое “Рада за тебя”?...