Книга Сохрани. Уничтожь, страница 337 – Мария Хронос

Проклятье.

Киран тихо рассмеялся ей на ухо.

— Очень страшно, Крис. Очень-очень. Чувствуешь, как я боюсь?

Она застонала, пряча лицо у его груди.

— Знаешь, я не умею в такие фокусы, но у меня и по старинке неплохо выходит, — она по голосу слышала, как он улыбался. Подцепил ее майку и потянул вверх. Крис вздрогнула, когда горячие пальцы мазнули по животу. И, едва майка опустилась на пол, Крис потянулась на цыпочках и впечаталась в давно зовущие губы.

Этот поцелуй не был похожим ни на один из прежних. Казалось, лёд ее озера не разбился — он растаял с такой стремительной скоростью, что вода вышла из берегов и затопила всё. Крис хотелось и смеяться, и плакать, и злиться, и пережить в один раз всё, что она так долго старалась в себе закрыть — но больше всего ей хотелось его.

Ночник беспорядочно мигал. Узоры на стенах плясали, то и дело меняясь. Предметы теряли форму и растворялись — Крис прикрыла глаза, чтобы этого не замечать, молясь, чтобы Киран сделал то же самое и не видел ничего, кроме неё. Он подхватил ее на руки и вернул на кровать, и когда она очутилась под ним, в очередной раз жадно прижимая к себе, все же нашла в себе самый последний, самый крохотный остаток здравомыслия, и, слабо оттолкнув, прошептала на выдохе:

— Подожди... Это... Это очень сильное чувство. Если я дам ему волю, я могу... Святые, я даже не знаю, на что я способна. Может, я сделаю что-то... Что-то ужасное!

Киран издал тихий смешок.

— Ох, Инри... Если бы ты знала, как мне плевать, ты бы расплакалась.

Он поцеловал ее в шею, блаженно постанывая от каждого неловкого движения её пальцев по его спине. Крис прикрыла глаза и хихикнула.

— Это же для слабаков.

— Я слабак, — невозмутимо ответил Киран. — Я такой слабак, Инри. Самый слабый человек на планете.

Крис тихо рассмеялась, и, ведомая Кираном, растворилась в объятиях сладкой и долгой августовской ночи.

— Киран! Сейчас не время, — с улыбкой шептала она, даже не дав себе труда сделать вид, что сопротивляется. Киран усадил ее на стол прямо в кабинете Мариам — ближайшая комната, которая попалась им под руку — и его пальцы уже блуждали под подолом ее задранного до бедер белого платья.

— Мфффф… Инри… Ты прямо сейчас стала моей. По-моему, как раз самое время.

— Понятие “брачная ночь” тебе вообще не знакомо?

Он фыркнул, неопределенно махая в воздухе рукой.

— Ночь. День. Какая нахрен разница?

Крис рассмеялась, приникая губами к его шее и торопливо расстегивая пуговицы.

— Придурок. А если я растворю твою рубашку?

— Пффф. Она мне все равно никогда не нравилась.

Их губы встретились. Руки Кирана задрали ее платье ещё выше, и Крис, не справляясь с ремнем его джинсов, срезала его одним коротким движением. Киран улыбнулся, не отрываясь от ее губ.

— Что? — пробормотала она, чуть отстранившись.

— Всегда знал, что ты заводишься от разрушения.

— Заткнись. Я ведь не только с ремнем так могу.

— Мммм, — губы прижались к её шее, оставляя горячий влажный след. — Если планируешь что-то отрезать, оставь мне хотя бы язык.

— Именно его и стоило бы в первую очередь… ах… Киран… что ты…? Святые…

Ее пальцы крепко сжали край стола. Киран встал перед ней на колени, словно в молитве — но единственной молившейся в этой церкви была Крис. И она молила только о том, чтобы этот странный обряд никогда не заканчивался.