Книга Однажды в сердце демона, страница 94 – К. М. Моронова

Я вдыхаю воздух будто в последний раз. Сотни демонов поворачиваются к нам. У всех них настолько торжественные лица, будто они на похоронах, а не на свадьбе.

Хотя бы мы все испытываем похожие чувства.Пытаясь выглядеть как можно меньше, я смотрю прямо вперед. Около алтаря, выполненного из переливающегося оттенками оранжевого и фиолетового хрусталя, меня ждет Калел.

Мои глаза округляются, когда я вижу его. Его волосы аккуратно причесаны, а на голову надет золотой венец. Это традиция, с помощью которой смертные отдают дань уважения богам и демонстрируют социальное положение. Множество золотых цепочек свисают с его шеи на грудь, поверх белой рубашки, закрывающей только половину его торса. Мой взгляд задерживается на его обнаженных мускулах, на коже цвета бронзы, поблескивающей в сиянии свечей над нами. Кожаная броня на его руках тоже расписана золотом и делает гармоничным весь его наряд.

Его красота будто приказывает времени остановиться.

Его взгляд ловит мой. Он выглядит уставшим и будто не особенно рад меня видеть. И все же, он оглядывает меня, позволяя взгляду скользнуть по моим губам, груди и ниже до самых ступней, прежде чем отвернуться обратно к алтарю. Его челюсть напрягается, и я взволнованно сглатываю.

Я знаю, что мы — не те две души, которымсуждено быть связанными друг с другом, и все же я чувствую укол в сердце от его нежелания даже посмотреть на меня. Что-то в самой глубине моей души жаждет быть с ним, даже если боги восстанут против нашего союза.

— Дальше ты сама, — шепчет Николай, слегка подталкивая меня вперед.

Сглотнув, я взволнованно смотрю на него. Он успокаивающе улыбается в ответ.

Выпрямившись, я начинаю идти по длинному проходу к алтарю и немного пугаюсь, когда хор начинает петь трогательный гимн. Голоса завораживают, некоторые из них глубокие и низкие, а другие высокие, и от них сжимается сердце. Своды потолка поднимаются минимум на три этажа вверх, и звук чудесно распространяется.

Демоны перешептываются, когда я иду мимо. Я изо всех сил стараюсь не прислушиваться, но их слова все равно меня настигают.

«Мерзкая полубогиня».

«Убийца».

«Ее нужно повесить, как и все их королевство».

Мои пальцы переплетаются в районе живота, и я пытаюсь сохранять самообладание. Это твой выбор,напоминаю я себе, отчаянно цепляясь за надежду, что моя жизнь здесь будет не такой ужасной, как я того боюсь.

Остановившись у алтаря, я робко смотрю на Калела. Он кажется безразличным к моему присутствию. Его единственная реакция на меня — небольшое подергивание челюсти, когда он сжимает зубы.

Сердце пропускает несколько ударов, когда очень высокая и тощая фигура подходит к нам из другой части часовни. Должно быть, это Кринсл, о котором мне рассказал Николай прежде, чем мы вышли из спальни. Он был краток, но объяснил, что Кринсл — один из старейших демонов Девицита с особой силой, которая особенно хорошо проявляется в храмах.

Он как минимум восьми футов ростом и облачен в кроваво-красные одежды, чей подол скользит по мраморному полу сзади. Его голова скрыта под капюшоном, и я могу разглядеть лишь проблеск его глаз. Холодок пробегает по моей спине, и я всем телом вздрагиваю. Ничего из рассказанного Николаем не смогло бы подготовить меня к излучаемой Кринслом тьме.

— Ни разу за все века, что я провел в Девиците, мне не доводилось быть свидетелем союза между Пожирателем и потомком священной крови, — надтреснутый голос существа течет и клубится в часовне, как проклятие. Мои ладони становятся липкими, и все мои силы уходят лишь на то, чтобы стоять ровно и не побежать обратно к дверям.