Онлайн книга «Дрянь с историей»
|
– Не думаю, – вздохнула Ева. – А ты что такое проектируешь… сложное? – уточнила для отвлечениясебя от мрачных раздумий и поддержания разговора. С её места было не видно точно, но удалось опознать пару популярных справочников по начертательному чародейству и астрономический альманах за текущий год. – А, это, – слегка смутился собеседник, но прятать записи не стал и с лёгкой улыбкой пояснил, потирая скулу указательным пальцем: – Просто игры разума на грани законности. – На грани законности? – озадачилась Ева. – Большое и сугубо теоретическое исследование о влиянии типа жертвы на мощность ритуала призыва. – Ничего себе… – Не подумай дурного, это совершенно легальная штука, которая может быть полезна патрульным, – поспешил заверить он. – А для меня – отличная зарядка для ума. Яков не лукавил. Конечно, ритуалы с человеческими жертвами находились под строжайшим запретом, считались тяжёлыми уголовными преступлениями и карались строго, вплоть до смертной казни, но никто не запрещал вести теоретические изыскания на эту тему. Ева одобряла подобный подход: тому, для кого человеческая жизнь ничего не стоит, не помешают запреты, а так наличие хотя бы теоретической базы оказывалось хорошим подспорьем в охоте за преступниками и призванными ими порождениями Той Стороны. – А ты что изучаешь? Просто Котёл или ищешь что-то определённое? – И то и другое, – призналась Калинина. – Любопытно, оказавшись здесь, узнать, что писали о Котле мои предшественники. Да и исследования Той Стороны очень интересны… Впрочем, может, ты и сумеешь помочь. Нет ли здесь каких-нибудь интересных работ о связях с Той Стороной? Имею в виду не способности контактёров, а более… осязаемые каналы. Например, о тех, что появляются во время призыва. Или других типах, вроде постоянных природных мест истончения грани или потусторонних паразитов. – Довольно неожиданная тема. – Яков удивлённо приподнял брови и вновь задумчиво потёр скулу. – Но интересная. – Ева независимо пожала плечами. Не тому, кто рассчитывает человеческие жертвоприношения, попрекать её необычными научными интересами. – Тоже верно, – согласился он. – А знаешь… Стоцкий запнулся на мгновение, потом качнул головой и – Ева могла поклясться – сказал совсем не то, что собирался изначально: – Попробуй работы Льва Владимирского, он много этим занимался. Фамилию Ева слышала, но ассоциации были слишком смутными, чтобы она могла самостоятельно обратитьвнимание на работы этого человека. А обратив, наверняка отложила бы на неопределённое светлое будущее, уж слишком зубодробительным языком писал этот Лев. Но слегка привыкнув к стилю, Калинина позволила себе осторожный оптимизм: тематика работ неведомого потусторонника казалась весьма близкой к тому, что её интересовало. В какой-то момент увязнув в выкладках и расчётах, Ева смирилась, что одолеть с наскока заумного Владимирского не получится. За время борьбы с наследием покойного мужа она здорово поднаторела в начерталке и отлично помнила схемы, которые практики обычно перерисовывали со справочников, а вот теорию плетений последний раз открывала тогда, когда готовилась к экзамену по этому предмету. Работа патрульного не требовала составления новых чар, тем более быстрого составления, там использовалось три десятка отработанных до автоматизма действий и их комбинации, а в случае, если предстояло столкнуться с чем-то из ряда вон выходящим, они тщательно готовились к операции с привлечением специалистов. |