Книга Дрянь с историей, страница 79 – Дарья Кузнецова

И даже хорошо, что от неё ничего не зависело, потому что через некоторое время не осталось не только воли – сознания, чтобы отвлечься от этих ощущений.

– Мой альтруизм меня погубит, – со вздохом пробормотала Ева. За окнами уже светало, и это ощущалось – как минимум потому, что ей отчаянно хотелось спать. – Уже скоро вставать пора, а я ещё даже не ложилась!

– Тебя никто не держал, – хмыкнул Серафим, не открывая глаз.

Женщина только вздохнула в ответ, проигнорировав насмешку. Хотелось спать,но хуже того – не хотелось никуда идти. Вообще – шевелиться. Томно, ленно, удобно…

– Я буду приходить к тебе только перед выходными, – решила она. – Во вторник, иногда пятницу и субботу. И с утра по воскресеньям.

– Во вторник?

– У меня в среду окно до третьей пары, можно спать, и в субботу пары не каждый раз. А сегодня даже спать пораньше не ляжешь, придётся выполнять твоё поручение… Почему я попала сюда именно в этом году, а? Лучше бы в следующем повезло!

– Пять утра, пары в половине девятого. Лучше поспать три часа, чем не спать совсем.

– Не знаю… – неуверенно пробормотала она и задумалась. С одной стороны, звучало заманчиво, потому что шевелиться не хотелось. Но с другой – хотелось в душ, смыть с кожи пот и остальные следы бурной ночи, освежиться…

Видимо, она слишком долго колебалась, потому что Серафим предпочёл решить за двоих. Повернулся на бок, рывком развернул слабо трепыхнувшуюся от возмущения женщину и придвинул ближе, прижал к себе спиной.

Ева на мгновение растерянно замерла, прислушиваясь к ощущениям – уж слишком неожиданный поступок, тем более для нелюдимого Дрянина. Одно дело – секс, а вот так уютно спать вместе… Зачем это Серафиму? Просто хотелось спать и не хотелось суеты под боком, а она напрасно ищет другие мотивы?

Прийти к какому-то выводу не удалось: сон срубил на середине мысли.

* * *

Трёх часов сна оказалось недостаточно, чтобы почувствовать себя бодрым и свежим, – всё же в пище и отдыхе его нынешнее тело нуждалось почти так же, как исходное, но зато бурная ночь и бодрое утро добавили хорошего настроения и спасли студентов от беспочвенной злости нового преподавателя.

Утро получилось бодрым исключительно благодаря суете и панике Евы, которая не знала, за что хвататься, и бегала кругами, а он с неожиданным удовольствием наблюдал за этим мельтешением, сидя на стуле, и даже не думал помогать. Не мешал, пусть скажет спасибо за это. Он-то потратил на сборы ровно пять минут, из которых три на душ: бриться не требовалось, но ощущение свежести после водных процедур он любил, да и ночь оставила свои следы.

Ругаясь, но больше на себя за слабоволие, Ева умчалась на полигон в том виде, в каком была: в туфлях и узкой прямой юбке. Случилось это за пять минут до начала пары, и Серафим почти не сомневался, что Калинина успеет. Ну или опоздает на пару минут,невелика трагедия.

Сам он зашёл в нужную аудиторию ровно со звонком: уж что-то, а рассчитывать время за свою жизнь научился прекрасно. Поздоровался, выслушал нестройный ответный хор. Выложил пухлую и слегка потрёпанную кожаную папку на кафедру, внимательно разглядывая студентов. Сначала – с интересом, потом – с недоумением.

Первый ряд был занят исключительно девушками. Они не все перебрались вперёд, но добрая половина – точно.