Книга Тайна блаженной Катрин, страница 43 – Светлана Щуко

- Ну что вы, мадам, совсем не стоило, - сказала я ей, а сама сглотнула слюну, мгновенно представив горячий ароматный кофе вприкуску с булочкой, намазанной сливочным маслом.

- Что вы, что вы, берите, это от чистого сердца, от всей души, не обижайте нас своим отказом. - Булочницанастойчиво подвинула корзину в мою сторону.

- Благодарю, мадам, это так мило с вашей стороны, - не став больше отнекиваться, я взяла корзину и поставила за прилавок.

Женщина облокотилась на столешницу и тихо, с любопытством спросила: «Мадам Жанна, а что там с той девушкой, всё в порядке? Больно любопытно, может, какая помощь нужна, так вы говорите, не стесняйтесь».

- Жива девушка, ребёночек у неё родился, да вот проблема, не знаю, что и делать с ними, — я также облокотилась на прилавок и тихим, доверительным голосом ответила ей.

- А что такое? — глаза у булочницы загорелись от любопытства.

- Младенца кормить надо, пока его мать поправляется, а где кормилицу взять, я даже ума не приложу. Вы же знаете, что я тут совсем недавно и никого здесь не знаю. А батюшка мужчина и в женских делах ну совсем не разбирается. — Вздохнула притворно я и наивно заморгала ресницами.

- Господь с вами, милая, а я на что? - воскликнула женщина, всплеснув руками. - Жена нашего старшего сына с месяц назад разродилась, прелестным мальчиком, я вам скажу. Так вот молока у неё столько, что на троих младенцев хватит, давайте-ка собирайтесь, берите новорождённого и пойдёмте к нам. - сказала она мне голосом, не терпящим возражений.

- Да-да, доченька, иди с мадам Эммой, а мне надо разобраться с кое-какими делами, — аптекарь посмотрел на меня многозначительным взглядом.

Я не стала расспрашивать, с какими, поняв сразу, что разговор идёт о кухарке. Не знаю, какое решение они приняли с гвардейцем, но находиться в этот момент в аптеке мне совершенно не хотелось. Я согласно кивнула и побежала в свою комнату за малышом.

Булочная находилась в конце нашей улицы и занимала каменное двухэтажное здание с вывеской в виде большого кренделя над входом. На первом этаже была пекарня, а на втором — жилые помещения, где, собственно, и проживала многочисленная и весёлая семья булочника.

Внутри царила атмосфера, пропитанная запахом ванили, тепла и радушия. Все члены семьи мадам Эммы были похожи друг на друга: пухленькие, румяные, с головы до ног благоухающие свежей выпечкой.

Меня мгновенно окружил вихрь из домочадцев булочницы, и не успела я опомниться, как уже сидела за обеденным столом на самом почётном месте рядом с хозяевами. Стол ломился от всевозможных блюд, фаворитами которых,конечно же, были пироги с разнообразной начинкой. Младенец был накормлен и уложен спать в детской, о чём оповестила невестка мадам Эммы, присоединившись к нам через некоторое время.

— Мадам Жанна, не сочтите за наглость, можно вас попросить после трапезы посмотреть моего сыночка, второй день бесконечно плачет, что мы только не испробовали, а он плачет и плачет, да и грудь тоже стал брать плохо, — обеспокоенным голосом спросила меня молодая женщина.

Я улыбнулась и согласно кивнула, не ответив, так как усердно старалась переживать бесподобный пирог с капустой. Эмма, довольная моим аппетитом, всё подкладывала и подкладывала мне самые лучшие кусочки.

— Ешьте, милая, ешьте, вон вы у нас какая худенькая, это и понятно, столько горюшка на вашу светлую головушку свалилось, — сказала булочница и, горестно вздохнув, подложила мне на тарелку очередной кусочек ароматной ветчины. — А с вашей поварихой то небольно-то и бока наешь. Наипротивнейшая особа, я вам скажу, сколько я месье аптекарю говорила: избавьтесь, а то беды от неё не оберётесь. — Замолчав на мгновение и окинув стол взглядом, она, наклонившись ко мне, прошептала: — Вы знаете, милая, а она ведь дружбу водит с хозяйкой борделя. Сама лично видела, как она к ней захаживает. А ещё та девушка, которую вы спасли, она совсем не из её девочек, это я вам точно говорю, — и она посмотрела на меня многозначительным взглядом.