Книга Супец из мухоморов, страница 27 – Светлана Щуко

Мы ещё не дошли до конца лестницы, а уже услышали громкий храп.

В гостиной нас ждала картина маслом. Прасковья спала на диване, улыбаясь во сне. Она издавала звуки, которые были совсем не похожи на трели птиц по утрам. Рядом с ней на кресле спал Гришка, в той же позе, что и хозяйка. Он тоже улыбался во сне и храпел в том же ритме, что и Прасковья.

Зайдя на кухню, я чуть не упала от удивления. За столом, ломящимся от сладостей, сидели феи. Они мило болтали со своими женихами и вчетвером уминали вкусняшки за обе щеки.

— А вы что здесь делаете? — крикнула я с истеричными нотками в голосе. В то же мгновение наступила полная тишина, храп в гостиной тоже прекратился.

Все уставились на меня. Первые заговорили девчонки.

— Госпожа, но мы не можем жить вне леса. Да не можем. Мы погибнем. Да погибнем!

— Ага, что-то совсем незаметно, что вы помирать собрались.

И как же вы прошли, хитрющие мордочки, а? Я прищурила глаза.

— А мы за вами летели. Да летели!

— В смысле летели? Они что, летать умеют? — из гостиной раздался удивлённый голос Прасковьи, и, распихав всех,она вплыла в кухню.

— А что тут такого? А что такого. Мы же феи. Да феи.

— У хозяйки нашей тоже крылья есть. Да, тоже!

Все гости вопросительно уставились на меня. Я вздохнула и щёлкнула пальцами. За спиной затрепетали крылья.

— Боже мой, — прошептала Прасковья ошеломлённо, опускаясь на стоявший рядом стул.

Матвей посмотрел на меня таким проникновенным взглядом, что мне стало неловко, и я опустила глаза, чувствуя, как предательский румянец заливает моё лицо.

— И что же, ты тоже сама летаешь, не только в ступе? — спросила ведьма. Я кивнула. — Хочу это видеть! — Прасковья вскочила, бесцеремонно схватила меня за руку и потащила к выходу из дома.

— Все обитатели дома и гости высыпали наружу.

Феи, весело смеясь, подбежали ко мне, взяли меня за руки, и мы воспарили в воздух.

Покружив немного над гостями, я спустилась.

— Светланка, это восхитительно, как за такой короткий срок ты умудрилась добиться того, что старая карга и за век сделать не смогла? — поинтересовалась Прасковья.

Я было хотела рассказать, что это всё продукты из моего мира, но рядом стоящий Хрюндель незаметно ткнул меня в бок. И я, пожав плечами, произнесла:

— Да даже и не знаю, как-то само собой всё получилось.

Прасковья прищурилась и сказала: «Ну не хочешь говорить — и не надо. А яблоню-то покажешь?» Я кивнула и незаметно щёлкнула пальцами, включила в голове прослушку чужих мыслей.

Прасковья думала лишь о своих коровах и своих поданных и прикидывала, какой бартер мне предложить взамен яблок. Обратила внимание, что я на неё смотрю, доброжелательно окинув меня взглядом, у неё мелькнула мысль: «Как хорошо, что коровы не летают, не для меня всё это».

— Услышав мысли Матвея, я покраснела, наверное, до самых корней волос и сейчас же щёлкнула пальцами. Замахала рукой вместо веера, прокашлялась и сказала:

— Что-то нынче жарковато с утра, пройдёмте в сад.

Гости долго ходили вокруг яблони, в недоумении рассматривая её.

— Что-то, Светик, она вообще на яблоню не похожа, — выдала Прасковья. Потом глянула на Матвея и сказала: «Матвея лучше не используй, и так парню в жизни досталось, тренируйся лучше вон, на них» — и мотнула головой в глупо улыбающихся близнецов. — Хуже уже не будет, — и она гортанно захохотала.