Книга Марионетка Чёрного колдуна, страница 108 – Любовь Песцова

Пришлось прикусить губу чуть ли не до крови, чтобы не выдать все это сразу.

— Я могу позволить тебе многое, но и у меня есть предел терпения.

— Я знаю, — прошептала я. — Не понимаю только почему…

— Почему что?

— Почему ты мне так много позволяешь?

Послышался еще один тяжелый вздох. Пружины матраса скрипнули, а запах костра стал отчетливее. И я знала, что если открою глаза, то увижу его очень близко, почти вплотную.

Его дыхание ощущалось на коже. На щеке, потом на губах…

— Как же тяжело до тебя доходит, Лиса.

Что ответить на это я не знала. И почему нужно постоянно говорить полунамеками?

И боги, почему мне стало так обидно из-за того, что я перестала чувствовать его дыхание на своем лице?

Он отстранился, а я… я чуть не потянулась следом. Остановила себя только в последний момент.

Леонхард усмехнулся. Наверняка понял, что со мной происходит. И от этого тоже стало обидно.

— Где ты была? Поверь, лучше тебе рассказать мне все, иначе я начну додумывать за тебя, и ничем хорошим это не кончится.

Я открыла глаза. Он уже сидел на достаточном расстоянии, чтобы наше общение не имело флера интимности. Снова сменил настроение как по щелчку пальцев, став кем-то вроде требовательного господина или строгого начальника.

— Я расскажу. Только если можно, утром. Я очень устала и, кажется, все еще не очень хорошо себя чувствую, — соврала я. — Глаза закрываются.

Он смерил меня подозрительным взглядом, но в итоге кивнул.

— Ты можешь идти. Обещаю до утра не умирать.

Взгляд стал еще более подозрительным.

— Мне нужно переодеться, — сказала я, нахмурившись.

Было заметно, как у него на языке вертится что-то ехидное,вроде предложения помочь. Но он сдержался. Что удивительно.

— Хорошо, — кивнул он, но прежде чем уйти, добавил. — Ради мироздания, Лиса, прекрати совершать глупости. Я не смогу закрывать на них глаза вечно.

Он был прав.

И было очень стыдно за то, что как раз глупость я и собиралась совершить.

* * *

Было очевидно, что контакты с внешним миром придется отложить на неопределенный срок. Как и в прошлый раз, когда я слегка увлеклась, используя сферу, Леонхард запретит мне это.

Но в этот раз кое-что отличалось. Возможно, из-за того что я меньше пролежала без сознания. Или его что-то отвлекло. Но он не забрал у меня кулон.

Я была одета в то же платье, и на груди, под слоем одежды, покоился мой проводник в большой мир. В том, что ему недолго там оставаться, я не сомневалась. Наверняка Леонхард заберет его, как только вспомнит.

Но сейчас у меня все еще было время.

Выждав еще час для верности, я надела свои туфли из мягкой кожи, которые уже успела прозвать полуночниками. Именно в них я пробиралась в библиотеку когда-то. Что ж, сейчас они вновь должны помочь мне.

Замок спал. Прислуги снова не было видно. Скорее всего, здесь никто из них не ночевал. Возможно, горничные и повар даже приходили не каждый день, учитывая наличие стазиса.

Дверь в подвал была открыта, и я с облегчением скользнула внутрь. А затем не медля, схватилась за кулон под одеждой и отправилась обратно в столицу.

Мне нужно было найти Курта. Тот мужчина сказал, что его не тронули. Даже наказывать, скорее всего, не стали. Магов действительно мало.

Так что единственное, что с ним сделали — удерживали какое-то время, чтобы он не предупредил меня. Сейчас его уже должны были отпустить.