Книга Бракованная попаданка или истинная для Верховного, страница 72 – Любовь Песцова

Еще я сделала декольте. Не слишком глубокое. У меня не было никакого желания выставлять напоказ грудь Лили. А вот показать привлекательные ключицы, подчеркнуть изящную линию шеи — очень даже.

Но прежде чем Лили смогла примерить платье, в ход пошло то, что я про себя назвала «домашним салоном красоты».

Тугой учительский пучок на затылке был нещадно уничтожен. Волосы были тщательно вымыты, а затем накручены с помощью пояса от халата.

Лили сидела возле печки, ожидая, когда они досохнут в нужном для нас положении. А я крутилась вокруг нее, пытаясь нанести макияж непривычными для себя средствами.

С тем, чтобы маскировать веснушки я уже справлялась на отлично. Местный тональный крем действовал очень даже неплохо.

Хоть и было видно, что у меня на лице косметика, что именно я пытаюсь скрыть — веснушки, прыщи или шрамы от оспы, было невозможно понять.

А вот остальной косметикой я пока не пользовалась. Тушь оказалась очень далека от идеала. Нет, эффект у нее был достаточно хороший. Но вот о комфорте девушек явно не подумали.

Больше всего тушь напоминала ту самую, ленинградскую, которой пользовались вплоть до конца 90-х. И я могла только надеяться, что она не жжет глаза так же, как ее аналог из моегомира.

С помадой было проще. Помада она и у драконов помада.

В общем, намучились мы с Лили знатно, но результат того стоил. Она была невероятно красива. С локонами до пояса, выразительными глазами и алыми губами она была похожа на голливудскую диву.

Не Моника Беллучи, конечно. Для этого у Лили была отсутствовала энергетика роковой красавицы. Ничего, со временем появится. Как только осознает свои сильные стороны и перестанет изображать монашку-матершинницу.

Но если такую девушку режиссер не отхватит с руками и ногами, считайте меня тараканом.

— Ну что, пойдем?

— Куда?

— Как куда? В театр. Утверждать тебя на роль.

— Сейчас?

— Нет, завтра, — всплеснула я руками. — Я зачем тут с тобой с самого утра вожусь? Чтобы ты, наконец, получила роль, закрыла гештальт и жила в свое удовольствие.

— Что закрыла?

Я только махнула рукой. Попытки контролировать свой язык давно провалились. Хотя стоило бы, учитывая, что мистер Пакость объявился в столице. Не иначе как по мою душу.

Но натура была сильнее.

Так что вместо объяснений я подтолкнула Лили к выходу. И намеревалась сопровождать ее. Мне очень хотелось увидеть результат своих трудов.

Результат того стоил. Ее не узнали.

Девушку, которая последний год ходила в императорский театр как к себе домой, пробуясь на все роли, интереснее третьей березы справа, просто не узнавали.

— Ты представляешь! Я захожу, а они все зырк! А директор такой подлетает, и как давай мне ручку целовать. А потом как раскричался «муза, я нашел музу»!

— Знаю. Я там была, — напомнила я Лили.

Действительно была. Стояла себе тихо в уголочке. На фоне сверх яркой Лили я, снова одевшаяся в свое платье цвета мешка из-под картошки, не особо выделялась, поэтому осталась незамеченной.

И хорошо. После того, как Лили отошла от первого шока, она раскричалась как прапорщик на новобранцев.

Это было незабываемое зрелище.

— Это что за несправедливость? Я туда почти год таскаюсь, и ничего. А стоило один раз нарядиться, губы накрасить и все? Да почему?

— Потому что в типаж нужно попадать. Мы с тобой пришли аккурат к пробам на роль Дездемоны. Или как ее там. Неважно. Продюсер подсознательно искал кого-то внешне похожего на нее. И увидев тебя, моментально среагировал. Конечно, талант тоже важен. Но внешность играет ключевую роль. Роковую красотку не сможет играть дурнушка, увы.