Книга Фаворитка изумрудного змея, страница 31 – Натали Лансон

И кстати! Говоря, что дворец — не дом императора, я не пошутила. Да, Альтаир жил на охраняемой территории дворцового комплекса, но в отдельном небольшом домике, который находился за парковой зоной. Собственно, это поразило меня больше всего. Хах! А ещё взволновало, потому как Шиарис, подмигнув, пригласил заглянуть к себе на чай.

Пришлось ему напомнить, что он вызвался проводить меня до моихновых апартаментов, а не к себе «на чай».

Хотя… чего лукавить? Отказаться от такого предложения мне было очень непросто. Ко мне вернулось дикое желание снова стать женщиной этого мужчины. Но увы…

Альтаир шёл рядом. Его уверенная осанка и благородный взгляд придавали особый шарм всему происходящему. Его голос, наполненный глубиной и харизмой, «мурашил» до позвоночника. Когда он рассказывал о каждом уголке дворца, мне приходилось плотно сжимать челюсти, чтобы рот от восторга не раскрылся.

Я ловила каждое его слово, внимая с восторгом, словно это были самые ценные знания, которые вообще можно получить в этой жизни.

— Здесь, в этом зале, проходили великие собрания, и решались судьбы целых народов, — говорил он, указывая на просторное помещение с высокими потолками и роскошными фресками, изображающими исторические события.

Одним из таких было истребление кровожадных драконов, которые на Элероне не имели человеческой ипостаси. Дракон — лишь голодный и страшный зверь без малейших зачатков интеллекта. Типа наших доисторических динозавров.

Я смотрела на полукруглый зал советов и прямо-таки представляла весь масштаб величия змеелюдов, упорно не желающих вмешиваться в ход истории Элерона и действующих только в крайнемслучае, когда миру действительно грозит погибель.

Альтаир с гордостью рассказывал о каждом элементе интерьера — от изысканных ковров, которые были вручную сотканы мастерицами из рода гадюк, до великолепных люстр, сверкающих как звёзды — творение олигодонских нагов. Его глаза светились, когда он делился историями о том, как создавались эти произведения искусства, и я не могла не восхищаться его страстью и знаниями.

Каждый раз, когда он улыбался, казалось, что весь дворец наполняется светом. Его улыбка была такой искренней и тёплой, что я чувствовала, как она проникает в мою душу. Каждый его жест, каждое слово вызывали во мне желание узнать больше, увидеть больше. Я ловила себя на том, что не могу отвести от него взгляда, и каждый момент, проведённый рядом с Альтаиром, становился для меня глотком воздуха.

Это точно должно пугать, но я пока была не готова отдаться на волю страху. Страху за своё сердце.

Когда мы подошли к смотровой площадке, открывающей захватывающий вид на окрестности, Шиарис жестом велел стражам оставить нас. Подошёл ближе к краю площадки, с которой была видна практически вся Шалла, и остановился, глядя вдаль.

— Каждый император — это отражение своего народа. Я стремлюсь быть тем, кто ведёт их к светлому будущему, где каждый будет доволен своей ролью… — в голосе Тара звучали уверенность и непреклонность, и я почувствовала, как такой его настрой затрагивает самые глубокие струны моего сердца.

Я, взяв ответственность за земли герцога Морана, действовала по наитию, Альтаир же обладал знаниями управления, обучаясь этому с детства.

Я была в полном восторге от того, что могу быть рядом с таким человеком. Шиарис — не просто император! Он — мужчина с большой буквы, полный страсти, мудрости и желания сделать мир лучше. Встреть я такого на Земле, сделала бы всё, чтобы он полюбил меня!