Книга Новая надежда, страница 8 – Александра Плен

Зал поглотила тишина. Год назад, когда интернет взорвался фотографиями летящей к нам кометы, мы с одногруппниками развлекались тем, что рассчитывали примерный эффект от падения ее на землю. Все посмеялись и решили, что лучше умереть мгновенно от ударной волны или цунами, а не медленно и неотвратимо угасать от пепла, пыли, вечной темноты, которая обязательно накроет землю.

— Убежище построено как полностью изолированная капсула, самодостаточная, защищенная от радиации, высоких температур. Она может плавать в лаве, и ничего с ней не случится. По крайней мере, меня так уверили… — мужчина вполне искренне рассмеялся и произнес, обернувшись к стоящему рядом мужчине: — если хотите технических подробностей, обращайтесь к академику Вячеславу Ивановичу Борцеву, он руководил строительством.

— А как женаши родные? — крикнул голос из-под трибун. Я очнулась от оцепенения и тоже подняла руку.

— Вы последние, — микрофон взяла какая-то женщина, отодвинув в сторону политика, — больше никто не спустится. Люки сейчас заваривают.

Возмущенные крики стали громче. Кто-то истерично заорал: «Выпустите меня отсюда!» — а затем: «Прочь! Не трогайте!» Шум, последовавший за криками, известил о драке.

— Вы должны радоваться, — в громком голосе женщины зазвучал металл, — Вы будете строить новый мир. Вы будете жить… В отличие от других.

Радоваться почему-то не получалось.

— Они специально нас похитили втихаря, чтобы мы не взбрыкнули. Иначе половина студентов никуда бы не поехала, — сделала вывод Настя.

Я огляделась, сдерживая нарастающую панику. Студенты орали: дайте позвонить родителям, отпустите и прочее. Орала и я. Охранники с оружием, похожим на полицейские парализаторы, согнали нас в кучу, распределили по номерам, заставили спуститься вниз в огромных прозрачных лифтах. И заперли их на ночь, сказав напоследок, чтобы мы выбрали жилье сами.

Центральный коридор был длинным и широким. Вправо и влево от него отходили ответвления, пять в одну сторону, пять в другую. В каждом из них было по два блока на десять человек.

— Итого двести человек на этаже, — быстро подсчитала Настя.

— Нет, чуть больше, — добавил Дмитрий, — смотри, в торце коридора еще два. Итого двести двадцать.

Студенты, толпившиеся в коридоре, потихоньку начали расходиться по комнатам.

— Если мы хотим заселиться вместе, — произнес Павел, — нужно поторопиться занять целый блок. Нас же десять?

Мы выбрали дальний сектор и заселились в комнаты с шестисот двадцать шестой по шестисот тридцать пятую. Я вошла в крошечное помещение три на три метра и безучастно огляделась. Кровать, шкаф, стол, стул — все в единственном экземпляре. Серые голые стены и одна светодиодная лампочка на потолке. Меня охватила странная апатия. Я понимала, что произойдет: бункер, комета, апокалипсис, смерть всего живого на планете. Но сердце болело лишь из-за одного — я больше никогда не увижу родных.

Меня охватило чувство безысходности. Хотелось кричать, рыдать, браниться. Не сдержавшись, я выскочила наружу, в коридор, пробежала его до входа и наткнулась на таких же, как я, студентов, не желающих сидеть взаперти.Несколько парней и девушек колотили по металлической двери, кто кулаком, кто ногой, умоляя их выпустить.

Снаружи не доносилось ни звука.

Мы простояли там до глубокой ночи, ободрав ладони в кровь и сорвав голос. Никто не отозвался, никто не открыл дверь и не отправил нас домой. Никто не помог.