Книга Новая надежда, страница 34 – Александра Плен

Поставив на поднос пирожные и мороженое, мы отправились к детям. Представляю, как им скучно сидеть целыми днями в комнате. Пусть Макс говорил, что для них Марьяна (искусственный интеллект) придумывает развлечения, игры, учит, но живое общение она не заменит.

Весь вечер мы смотрели образовательные программы о строении Земли, я и Макс объясняли, если что-то было непонятно. Матвею было интересно, нанесла ли комета непоправимые повреждения планете и сможем ли мы на ней жить дальше. Я успокоила — сможем. Даже астероид, погубивший динозавров, диаметром около десяти километров, не смог ее разрушить, а наша комета всего на несколько километров больше.

— Сейчас на Земле вулканическая зима, — добавил Максим, — но пыль и пепел скоро опустятся, и небо очистится. Еще месяц-два и все. Со спутника передадут фотографии, данные о химическом составе атмосферы, и мы сможем точно определить дату выхода на поверхность.

— И встретим маму? — спросила Лиза, внимательно нас слушая. — Она нас ждет? Там, наверху?

Мы с Максом переглянулись. Матвей, понимающий, что нас ждет, коротко выдохнул.

— Скореевсего, она потерялась, — медленно произнес он, подбирая слова. — Помнишь, как ты в торговом центре? Но мы будем ее искать…

Лиза заговорила — это хорошо, но обманывать… Я гордилась тем, что за всю жизнь не солгала ни разу… А сейчас устыдилась. Сообщить ребенку, что ее мать мертва или жива — одинаково мерзко. За меня эту обязанность взял на себя ее брат.

Неделю спустя в «Новой надежде» произошло событие, диаметрально противоположное предыдущему: умер первый человек. Всего через семь месяцев после катастрофы. И это был не старик с неизлечимой болезнью, а молодая женщина, не справившаяся с депрессией. Грустное событие, особенно учитывая, что нас всего тысяча. Теперь — девятьсот девяносто девять.

Кстати, когда я лежала в медцентре, большинство пациентов были спонсоры. Им тяжело давалась утрата их прежнего мира. Женщина, покончившая с собой, тоже была из богатых, женой одного из олигархов.

Черная полоса началась с сообщения о бунте во втором убежище, «Восточная заря». Мальцева сухо зачитала сообщение:

— Вчера по спутниковой связи пришло сообщение о захвате власти в «Заре» студентами. Они сместили руководителя бункера Василия Васильевича, заперли спонсоров в секторах, активировав этажные замки. Погибло двадцать человек. Студенты провели голосование и выбрали руководителем Михаила Иванова из Бурятского университета. Мы налаживаем связь между бункерами. Главное — чтобы больше никто не погиб. Нас и так мало.

Мальцева продолжила после небольшой паузы:

— Из двухсот известных нам подземных бункеров с нами связались сто двадцать. Они расположены в центральной Европе, Азии, Африке и Канаде. Молчат Южная, Северная Америка и Австралия.

«Неудивительно, — подумала я, — именно в ту сторону упала комета».

— В среднем, в каждом бункере от тысячи до двух тысяч человек.

«Значит, — подсчитала я, — сто двадцать бункеров — это сто двадцать-двести сорок тысяч выживших. Плюс те, кто улетел на орбиту. Достаточно… Цивилизация не угаснет».

Мальцева закончила собрание и попрощалась.

Позже Макс дополнил ее слова. Восточным бункером руководил ректор Забайкальского университета. Наверное, он был мягче Мальцевой, так как у них не было наказаний за драки или издевательства. Все делали, что хотели. В «Новой Надежде» строгий устав, Мальцева больше похожа на робота, зато в ее маленьком королевстве порядок и дисциплина.