Книга Смена локации, страница 37 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

— Феликс, — я поклонился в ответ, тоже сидя. — Шевалье, — ляпнул я.

По историческим данным от господина Инета, шевалье — это титул дворянина, посвящённого в рыцари, если в летописные подробности особенно не углубляться и говорить о титуле совсем просто.

В этот момент за окном звякнули цепи и наше знакомство застопорилось.

По тракту ведущему в город двигается вереница людей закованных в цепи. Тяжело ступая, они бряцают железом и смотрят исключительно в землю перед собой. Все оборванные и замученные длительным переходом. Замешкавшиеся получают порцию ударов палками или плетьми от суровых конвоиров в белых наплечных плащах и в кирасах. Кстати, следовавших по бокам колонны на лошадях.

— Ого, а вот и висельники, тати и ватажники-душегубы, коих казнят на главной площади, — пояснил Лаврентий. — А вон те, верёвками связанные и в деревянных колодках на шеях — те невольники, — продолжил он. — Их продадут или используют на каторжных работах — я только слыхал о всех них, а вижу впервые, ведь в нашем графстве не было таковых, — он объяснил свой интерес к процессии на дороге.

— У-гу, у нас тоже не часто попадались, — я выразил солидарность с Виконтом, стараясь показать и свою осведомлённость в делах государственных, невзирая на отсутствие таковой.

Делать особо нечего, пока ждём заказанное от трактирщика, поэтому мы наблюдаем за шествием.

Я старательно всматриваюсь в лица и одежду невольников, гадая о причинах возникновения их незавидной участи.

Все идущие какие-то разные, некоторые даже одеты прилично и ничего путного на ум не приходит. С висельниками, так оно как-то понятно, а все остальные невольники — чем беду на себя навлекли?

Может незначительные правонарушения совершили, не карающиеся смертью. В этом случае, неплохо было бы знать порог здешней незначительности. Может их просто продать кто-то решил из предыдущих владельцев,чтобы поправить своё материальное положение? А может половина из них — это чьи-то боевые трофеи!

Междоусобная война, к примеру, тут ведётся или нет? Спокойно ли на дальних и близких рубежах?.. Куча вопросов возникла из-за проходящей колонны пленённых людей.

Меж тем, подоспели сразу два разносящих и сноровисто заставили стол блюдами с ароматной едой. Ну и кувшин чего-то пахучего приплюсовали, дополнив сервировку двумя увесистыми кружками из глины. Обеденный пир начался! Почему пир? А как же ещё, ведь я ел горячее не припомню когда.

— Выпьем за знакомство и за удачу, — я поднял кружку, наполненную Лаврентием. — Так, а что ты там говорил о своих делах в городе? — создал я вид прерванного разговора, рассчитывая услышать в ходе беседы что-нибудь полезное для себя.

— С удовольствием, хоть меня и не баловали дома хмельным, — сознался парень и мы выпили.

Напиток резанул терпкостью кваса с примесью вкуса доброго пива. Достаточно вкусно и градусы чувствуются с первых глотков.

Мы закусили и настроение сразу пошло вверх по нарастающей. И прежде чем продолжить беседы мы хорошенько насытились, щедро сдабривая вкусную пищу хмельным напитком с пока неизвестным названием.

— А я, после определения в школу, подам заявление на зачисление в Юнкера при Полку Мономаха, — молодой Виконт продолжил делиться планами.

— Да-да, ты говорил, — я показал, что хорошо помню начало. — У тебя серьёзная ставка на связи с Полковником Гогенцолером, то есть, на его добрую память о дружбе с твоим отцом, с Уважаемым Графом Истоминым, я полагаю? — поддержал я его любимую тему о будущем, запросто сложив вместе все данные, полученные от парня в ходе коротких бесед.