Книга Заговор Падших, страница 17 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

— С Вашими любимыми, коровьими с кровью! — он тоже изумился, гадая о моей забывчивости своим кулинарным предпочтениям в его-то глазах.

— Ах с этими ногами! — я широко улыбнулся, вспомнив о своём голодном бестиарии. — Заказывай и побольше — штук шесть! — я вверг его в удивление обстоятельству моей явно нечеловеческой прожорливости.

— Хорошо…

Разместились мы с шиком, так как господин Марк исполнил все мои просьбы вместе с основной, касающейся выселения немногочисленных постояльцев, заехавших до нашего появления. Вечер этого дня прошёл в полном спокойствии, связанным с повальным отдыхом всех погорельцев. Мы просто дремали или спали и такое времяпрепровождение пришлось всем по душе. Или почти всем. Может кто-то и занимался чем-нибудь.

Собственно, вот оно и настало — утро нового дня, как и время претворения в жизнь всех неотложных дел. С чего начать? Да со всего!

— Ба-р-ри! — крикнул я в сторону скромной гостиной своего номера и опустил ноги на пол, потирая глаза.

Ба-мм-с!

— Ой-й, об чего-сь это я? — здоровяк моментально возник на пороге моей спаленки, традиционно бахнувшись головой о низковатую притолоку. — Слухаю, Барин Феликс! — он замер в подобострастии, вытянувшись по струнке и готовый на всё.

— Расслабься, дружище — не на параде, — я поднялся и прошёл к вешалкам с одеждой и вооружением. — А позови-ка мне Полину Николаевну, если сударыня изволили проснуться.

— Я уже тут, и знаю о всех твоих вопросах! — из-за широкой спины Борислава раздался голос молодой графини Потёмкиной. — Я пройду!

Отодвинув здоровяка в сторону, Полина прошла к кровати и бесцеремонно уселась, закинув ногу на ногу. Ну, а я молча оделся, позабыв умыться, чему немного расстроился.

Однако, исправлять мелкий пробел утреннего моциона я не стал, сочтя насущные дела более важными и приоритетными к исполнению. Потом умоюсь. Не горит!

— Поль, кому молчим? Ты же знаешь о моём вопросе, — я бросил на девушку испытующий взгляд, закрепляя на поясе Скипетр Души Владыки. — Не молчи уже, докладывай!

— Касательно моей Матушки? — уточнила она.

— Матушки, но во множественном числе! — я внёс существенную коррективу.

— Ох, Феликс, история та ещё, — она вздохнула и потупилась.

— Ладно-ладно, давай выкладывай, что за история о трио похожих дам? — я сменил требовательный тон на снисходительный, приняв во внимание настроение девушки, сильно озадаченной и не знающей, с чего начать свой рассказ. — Вы же не спали и обсуждали превратности судеб, судя по твоему состоянию не выспавшегося человека. И у меня ты появилась с самого утра — явно не просто так и именно по этомуделу. Разве я ошибаюсь? Вряд ли… — я многозначительно покачал головой. — А ты давай, вещай, по существу и тезисно, легче будет! Основное поведай, а мелкие детали я и сам домыслю, благо какое-никакое воображение имеется.

— А тут всё просто — абсолютно бесхитростная история получается, — сразу же оживилась моя утренняя визитёрша. — Три родных сестры разъехались по всему Миру из-за репрессий, как ты иногда выражаешься. А репрессии оказались столь сильными, что пришлось и дочек разделить для спасения их жизней. Ну, а схожесть — так это из-за сильной наследственности по бабушкиной линии. А папенька мой, покойный Потёмкин, вовсе и не родной папенька…