Книга Лаборанты Черного Приора, страница 20 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

Градус напряжённости мыслительной деятельности каждого индивидуума в зале зашкалил и перешёл все допустимые границы. Именно это я сразу почувствовал, когда наскоро прозондировал окружение на ментальном уровне.

— И какое же действие по сплочению станет первым? — прозвучал правильный вопрос в исполнении строптивой Баронессочки Скарлет, первой вышедшей из состояния глубокого анализа моего подробного пояснения.

При этом моя самая строптивая из невестушек встала, приняв за основу поведение на собрании Поручика Черепа, что наглядно сказало мне о ответственном и уважительном отношении к первому педсовету.

— М-мм, стока мудрёных слов сказано, а поместилися в аккурат в одном единственном — в тимбилдиге! — восхищённо заявил Борислав и опять встал и сел, в очередной раз заставив жалобно заскрипеть бедное кресло. — Ты всё-всё зарплако… Зап-протоколировал, а, Сивый? — уточнил он и сосредоточенно нахмурился, заглядывая в тетрадку Остапия.

Вместо ответа мелкий товарищ ткнул здоровяка в бок и кивнул, виновато пожимая плечами и глядя в мою сторону. Мол — извиняй барин этого выскочку, чего с него взять-то, коль друган не дюжим умом, а богатырскою силушкой вышел!

Бум!

— К порядку! — на неподобающее поведение в ходе собрания моментально среагировала Марфа Шуйская. — Прошу всех задавать вопросы по очереди, и впредь воздержаться от своих пространных высказываний вслух, как и от неуместных реплик! — добавила наша строгая Секретарь, бросив взгляд укоризны на враз стушевавшегося Борислава.

— Извиняйте баре, — виновато пробасил здоровяк и вжал голову в плечи. — Боле не повторится!

— Цыц-с, бестолочь здоровенная, — тихо шикнул Остапий, не сводя взгляда подобострастия с меня и нашего Секретариата.

На том инцидент и закончился. К нескрываемой радости и бывших ватажников, и всех остальных господ-сотоварищи, жаждущих скорейшего и развёрнутого ответа на вопрос Баронессы Скарлет.

— Господа и дамы, уважаемыеПреподаватели Школы Берсерка, — заговорил я констатируя возврат всеобщего внимания к себе. — Здесь нет никакого секрета, или скрытых интриг.

Говоря откровенно, я не нашёл никакого резона наводить море тумана недосказанности и приступил к ответу, почти полному и правдивому, и всего-навсего с одной крохотной поправкой о настоящей цели будущего мероприятия.

Ну не говорить же всем и вся о своём решении совместить воспитательный поход деточек с вылазкой за Ларцом Души Владыки Захребетья, ведущем прямёхонько к загадочным и опасным Берегам Чёрных Костей Великих Маньяянкалмских Топей!

— Нас с вами ждёт воспитательный поход в наиболее дремучие леса, — заговорил я остановив движение по президиубному подиуму нашей аудитории. — В те самые суровые места, простирающиеся к Северу от Верхнего Ляпина! Причём! — я воздел вверх указующий перст ставя акцент на важной детали. — Чем суровее окажутся условия похода, тем действеннее и круче будут полученные результаты нашего совместного тимбилдинга! — закончил я основную часть расшифровки затеи с походом. — кроме того, труд деточек тоже входит в план воспитания, — я продолжил, пользуясь паузой переваривания свежепоступившей информации дамами и господами. — нужно шалаши ставить, костры организовывать с постоянными вылазками за хворостом малочисленными группами. Девушкам, коли таковые окажутся среди сорванцов, придётся готовить пищу, ну и всё такое прочее, сопутствующее походам на лоно дикой природы, — тут я остановился, внимательно оценивая реакцию верных соратников.