Книга Холод и тьма Порубежья, страница 46 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

Кутузов отразил благодарность во взгляде.

– Однако, вы заметили и то, что положенное обеспечение от регулярной армии находится не на должном уровне? – я смягчил высказывание. – Представьте, что случится с питанием, когда все частные запасы иссякнут? Можно, конечно же, их пополнить, но в условиях движения состава или при вынужденной его остановке… – Я скривил губы и развёл руками. – Да вы и сами понимаете.

– Есть доля правды, – кивнул собеседник, поправив накидку. – У вас есть какое-то решение по этому поводу?

– Совершенно простое! – заверил я его и улыбнулся,радуясь правильной постановке его вопроса. – Но для этого мне нужно постановление, составленное по всем правилам проведения собрания. Вы видели тех джентльменов, которые занимаются сейчас зайчиками? – я воспользовался его замешательством.

– Безусловно! – не подвёл он меня с ответом. – Весьма приметные господа.

Тут он явно вспомнил нашего персонального Бармалея – Барри, способного производить нужное впечатление и запоминаться людям без особого труда.

– Так вот, – продолжил я. – Это высококлассные специалисты, способные решать именно такие задачи! – произнёс я тоном, исключающим недоверие. – Всё, что касается обеспечения и дефицита, эти господа не относят к проблемам. Да и выявление несоответствия берут на себя, легко определяя все тонкости, вплоть до боеприпасов и вооружения, – добавил я и замер, ожидая ответной реплики.

Родион задумался и непроизвольно коснулся виска, представляя в уме то, как Барри будет решать проблемы несоответствия. Причём, борьбу в сопоставлении несопоставимого образа Бармалея с господами офицерами из службы материального обеспечения я без труда прочёл в его мыслях. Это меня немного развеселило, добавив положительных эмоций к хмелеющей голове.

– Феликс, – собеседник вышел из раздумий. – Мы же можем перейти на «ты»?

– Если мне не изменяет память, то мы с тобой уже общались на эту тему, – ответил я с нотками снисходительности. – Можешь, Родион.

– Давай вернёмся в вагон, и я задам этот вопрос? – попросил он, берясь за ручку двери. – Весь состав господ, способных принимать решения и наделённых полномочиями собрания, как раз находится в гостях! – пояснил он, глянув на меня.

Я мысленно обрадовался и показал рукой с открытой ладонью на дверь, мол – прошу!

Дождавшись именно такой моей реакции, Родион потянул за ручку, и мы вошли в вагон, где застали господ и дам чинно беседующими. Они моментально замолкли и устремили свои взгляды на нас.

– Уважаемые дамы, – Родион поклонился. – Прошу у вас прощения, но мне необходимо обратиться к господам с вопросом, – извинился он и замер.

Девушки переглянулись и оценили серьёзный настрой на лицах ребят, но в первую очередь, в выражении Кутузова.

– Мы не можем возразить, – ответила за всех Серафима. – Прошу, обращайтесь, – подтвердила она разрешение и все отложили приборы.

– В свете последних событий, произошедших по пути нашего следования, – начал Родион как-то совсем уж издалека. – Открылись не единичные факты несоответствия продовольственного обеспечения, – он вновь обрадовал меня, не начав пересказывать все этапы движения эшелона.

– Уважаемый Родион, вы позволите вас прервать? – поднялась с места Элеонора и дождалась положительного кивка от Кутузова. – Мы, группа призванных магов, Рунических лекарей, – она уточнила от лица кого говорит. – Можем сказать то же самое и об артефактах лечения, положенных вольникам в качестве поддержки от армейских. Их количество почему-то урезали, что привело к неизбежным тратам внутренней магической энергии и жизненных сил от наделённых даром Магов, – она одарила меня красноречивым взглядом, заставив всех глянуть в сторону меня. – Женское Сообщество Благородных Магов желает присоединиться к высказыванию недовольства таким положением вещей в обеспечении! – завершила она под одобрительный ропот всех девушек.