Книга Руссия магов, страница 27 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

– Мне это пока ни о чём не говорит, но очень интересно, продолжайте, пожалуйста, – я решил не давать ему возможности подбора отмычки к моим мозгам.

– Он построил более девяти оплотов для защитников Империи и открыл знаменитые Алтайскиекопи, вожделение выродков из Захребетных лесных пустошей. Богатую добычу направил в ведение казны Империи. Принимал меры для разработок, обеспечивал пограничный контроль и постоянно пребывал в войнах с тёмными сущностями. Распространял вместе с отцом добычу и обработку малахита и магнита, часто используемых в изготовлении амулетов истинных рунных воинов, присягнувших Отечеству и великой Империи. Солеваренные отбил и продвинулся немного на восток.

– Ого! Крутой дядя, нечего сказать! – на меня произвело впечатление услышанное.

– Впоследствии, Демидов вместе с кровными братьями и соклановцами, боевыми Магами Рун, принявшими клятву крови, и всем нисходящим потомством, возведён в потомственное дворянское достоинство по Нижнему Новгороду «с привилегией против других благородных ни в какие службы не выбирать и не употреблять». По его завещанию, значительная доля его наследства предназначалась его сыну от второго брака, Никите. Остальное поровну разделили с приверженцами рождённого Клана Воинов Рунных Магов.

– Так выходит, что Анна… – я офигел от стольких регалий и статуса девушки.

Провёл аналогию из истории России своего мира и вспомнил, что Демидовы и там прославились деяниями во благо Империи. Жаль, что историю слабо знаю, но и этого факта хватило, чтобы сделать выводы о сходстве двух миров.

– Именно! Одна из наследниц великого рода, и красавица, за которой гоняются все родовитые парни, – он выпрямился и снова наполнил чашку. – Можно сказать, что княжна, ты ведь это хотел услышать?

– Да, но… – я почесал затылок, раздумывая, – и что мне теперь делать?

Действительно, мне повезло оказаться в затруднительном положении, предугадывая кары родни за общение с такой девочкой, такого безродного пацанчика, каким являюсь я.

– Ничего не делай, – он пожал плечами, поставил чашку и снова откинулся на спинку кресла. – Пусть всё идет своим чередом, Феликс Рюриков.

Неожиданно часы в торговом зале ожили и мы услышали, как кузнецы простучали по наковальне семь часов вечера. Я встрепенулся, дёрнулся в кресле, чуть не разлив чай и не опрокинув самовар. Не хватало ещё опоздать на работу в таверну Гроха!

– Куда-то торопишься? – поинтересовался с ленцой в интонации Артур, давно перешедший со мной на «ты» в общении.

Мне пока этот переход не дался, но мысленно и я согласился на смену в обращенияхдруг к другу.

– Я ещё на подработку устроился, сами понимаете, что жить на что-то надо, – пояснил, вставая. – Спасибо за беседу и чай, а насчёт работы в таверне вы ничего не имеете против?

– Да, пожалуйста! – хозяин кивнул. – Деньги важны для молодых людей, как средство не только одной цели существования, а как кое-что ещё, – добавил загадочно.

Артур встал и проводил меня к выходу, не задавая лишних вопросов.

– Тут ещё один вопрос – раз уж я принят, то нельзя ли оставить вещи у вас? – я поднял и продемонстрировал сумку.

– Я уберу её в ту комнату, где мы чаёвничали, – он принял у меня ношу и взвесил в руке. – Не много пожитков, как посмотрю.

– Да мне и этого много, – я отвертелся от прямого ответа.