Книга Легенда о рыжем драконе, страница 4 – Милена Кушкина

Погрузив тонкие ладони в прохладную воду, я наспех умылась. Как раз в это время мимопронеслись двое мальчишек лет семи-девяти. За ними вполне резво бежала моя провожатая, размахивая длинным прутиком.

– Вот вам, бесстыдники! Моркву они у соседки воруют, когда своей полон огород!

– Ай! Не надо, баба! Мы больше не будем! – прокричали мальчишки и скрылись за поворотом.

– Чего любуешься? Конечно, отмывать тебя придется, после того, как три дня провалялась в беспамятстве! Уж и не надеялись, что очухаешься, – сказала мне женщина.

– А что со мной случилось? – я снова вздрогнула от звука собственного голоса.

– Дык упала, когда отцу помогала крышу крыть. Говорила я Ирге, что не дело это – девке по крышам лазить. Но она уперлась, не разрешила наймитов позвать. Так вы с отцом и полезли дыру латать.

– Ничего из этого не помню, – честно сказала я.

– Да оно и видно! Вон даже чудно говоришь как-то. Ладно, пошли домой, отдыхать тебе надо. Ирга-то поди уж дома, заругается опять.

Я вздохнула и поплелась следом, гадая, кем мне приходится эта женщина, пробежавшие мальчишки и незнакомые пока Ирга и Марта.

Пока добрались до лачуги, которую по недоразумению называли домом, совсем стемнело. В траве стрекотали кузнечики. Едва уловимо пахло цветами и чем-то горелым.

Когда мы вошли в дом, я поняла, что запах гари шел именно отсюда – от очага дымило и пахло подгоревшей кашей. В доме было не намного светлее, чем на улице. Видимо в той реальности, в которой я случайным образом оказалась, никаких благ цивилизации, в том числе и электричества, еще не изобрели. А в том, что это была другая реальность и чужое тело, я уже не сомневалась.

– Марта, чертовка, ничего доверить тебе нельзя! – кричала женщина лет сорока, в неопрятном платье и грязном переднике на девочку-подростка, суетившуюся у очага.

Старушка, шедшая впереди меня, протиснулась вперед, оттеснив кричавшую от всхлипывающей Марты и принялась колдовать над котелком.

– Знаешь, же, Ирга, что она не управится, а туды ж! – гаркнула она.

Девочка размазывала слезы по грязным щекам. В углу дрались мальчишки, вырывая друг у друга какую-то тряпицу. Ирга схватила стоявший в углу веник и несколько раз прошлась по ногам и спинам сорванцов.

– Что за шум опять? О, Тонька, живая! – В дом вошел высокий бородатый мужчина. – Мать, опять на Иргу ворчишь?

Ирга сразу приосанилась и с важным видомпринялась расставлять посуду на столе. Неровные глиняные плошки, деревянные ложки… Следом легли ломти хлеба, зеленый лук, кувшин с чем-то кислым. В довершение старушка, которая, видимо, приходилась мне бабушкой, поставила в середину стола котелок со спасенной кашей. Все домочадцы быстро расселись вокруг, а я замерла, не зная, что делать. Желудок меж тем урчал и требовал пищи.

– Тонька, тебе приглашение нужно особое? Так я это скоро могу, – снова возмутилась Ирга.

Я быстро заняла единственное свободное место на лавке, усевшись между Мартой и бабушкой. С опаской поглядывая по сторонам и стараясь не привлекать внимания, повторяла то, что делали остальные.

Схватив кусок ароматного хлеба и кривую ложку, я принялась есть из общего котелка вместе со всеми. К моему удивлению, хоть пища и была простой и довольно пресной, но оказалась не хуже, чем приготовленная на полевой кухне в лагере.