Книга Свекровь в законе, страница 11 – Наталия Журавликова, Милена Кушкина

Женщину осмотрели и увезли в стационар, а Елизавета, пихнув под полку злосчастный букет, принялась дальше описывать место происшествия. И дернуло же ее еще на свидание с этим остолопом согласиться, а он ей все расследование своим веником едва не загубил.

Рядом с полкой валялась стремянка. По словам свидетелей, книга располагалась на верхней полке, и желающим приходилось за ней карабкаться наверх. Отсюда и такой сильный грохот.

После опроса свидетелей, который, к слову, ничего нового не дал, их всех отпустили по домам, взяв подписку о невыезде.

– Какой уж тут выезд, мы ждем новинку, ее со дня на день должны привезти. Уже и в очередь записались, – успокоила следователей читательница, – кстати, Маргариту можно же теперь из списка вычеркнуть.

Последнее известие дамы восприняли с нескрываемой радостью. Если так подумать, то любая из них могла стать подозреваемой. По крайней мере, мотив налицо.

Инспектор Бивик отправился писать рапорт, а Елизавета осталась одна в зале до глубокой ночи. Книг было действительно много, и нужно было взять пробы с остальных экземпляров, стоявших по соседству, с книжной полки и даже со стремянки. Чтобы самой не стать новой случайной жертвой, Елизавета воспользовалась охранным заклинанием, универсальным антидотом к возможным ядам. Магия, доступная лишь представителям охраны правопорядка. Но на всякий случай, она еще и руки несколько раз помыла.

– Не могла же отравленная книга из воздуха здесь появиться, следовательно, преступник должен был наследить, – бормотала она себе под нос, хотя глаза уже слипались от усталости.

– Если только после того, как наследил, он не прибрал за собой, – услышала она скрипучий голос из темноты, и от неожиданности вскрикнула.

Перед ней стоял мужчина неопределенного возраста. Так может выглядеть и следящий за собой пенсионер, и ведущий излишне разгульный образ жизни мужчина средних лет.

– А вы кто? – спросила Елизавета и глянула на часы. Библиотека для посетителей уже давно закрылась.

– Лаврентиус, ночной уборщик, а заодно и сторож, – улыбнулся мужчина, – прибираю понемногу, стираю пыль, разговариваю с книгами.

– Разговариваете? – удивилась девушка, на всякий случай протерев глаза.

– Конечно, у каждой книги есть душа. Каждый автор вкладываетв свое творение частичку своего сердца, и прочитав произведение, мы можем поговорить с писателем, даже если его давно нет в живых. Не все книги в этой библиотеке одинаково популярны, вот я и разговариваю ночами с теми из них, которым одиноко, которые никто не читает.

– Сегодняшняя книга была популярной, а вчерашняя – не очень. Так что вряд ли дело в том, что с книгами никто не разговаривает.

– Возможно, дело не в самой книге, а в ее авторе? – лукаво улыбнулся старик и пошел дальше, гремя ведрами и шваброй.

Какая-то новая мысль появилась в голове у Елизаветы после слов сторожа-уборщика, но пока она не могла ее сформулировать для себя.

Дилан задумчиво обрезал сухие ветки с розового куста. Он уже несколько раз укололся и дважды вместо торчащих в разные стороны негодных сухих культяпок удалил благоухающие бутоны роз, так ушёл в свои мысли. В очередной раз напоровшись на острый шип, молодой человек очнулся и окинул загнанным взором дело рук своих. Да уж, мама в восторге от его помощи не будет.