Книга Его нежеланная истинная, страница 94 – Милена Кушкина

Здесь все было, как в ночь капитуляции нунгалинов. Разве что не было следов борьбы и никого не заковали в антимагические браслеты.

На ступенях стоял тот самый Канцлер, правда уже не такой самодовольный, как в прошлый раз. А рядом с ним – один из великих князей. Высокий, широкоплечий, с орлиным профилем и легкой проседью в роскошных черных волосах. От него так и веяло силой, она чувствовалась в каждом движении, слове и взгляде. Предводитель людей рядом с ним смотрелся жалко, словно был лишь пародией на лидера.

– Этой ночью случилась беда, причиной которой стало вопиющее нарушение! – голос главного нунгалина разносилсянад толпой без всякой магии, он завораживал и подчинял, заставляя всех замереть и внимать каждому слову. – В угоду человеческому тщеславию были попраны все правила.

Удивленные возгласы стали ему ответом. Но он лишь повел бровью, и все снова смолкли.

– Были изменены графики дежурств, из-за чего члены одной семьи оказались на одной точке. Но кроме тех, кто должен был туда прибыть по долгу службы, с ними отправились три не боевых мага, которые едва ли могли что-то противопоставить вторгшейся сущности. Одним из этих людей был ректор Элиот Фирон. Скорее всего, нарушить устав его вынудили так называемые проверяющие, – мужчина яростно сверкнул глазами, –  ректор проявил настоящий героизм, пытаясь спасти отца, что мог погибнуть на глазах сына-студента. Я с прискорбием вынужден сообщить вам, что в результате неравной схватки с нечистью Элиот Фирон пал!

Площадь взорвалась сотнями голосов. Люди кричали, рыдали. В небо взметнулись десятки фаеров.

– Череда безумных нарушений привела к тому, что академия обезглавлена, – продолжил мужчина, и все, как по команде, замолчали, внемля каждому его слову, – мы отбили атаку, заплатив за нее ужасную цену. И ни на мизинец не продвинулись к нашей цели. Вместо взаимопомощи и слаженной работы людей и нунгалинов, мы погрязли в распрях и сегодня потеряли достойнейшего мужчину, которого ценили и уважали и те, и другие.

По толпе пронесся гул голосов, поддерживающих выступающего.

Далее выступил Канцлер, но его речь не имела столь сильного эффекта. По толпе пошли разговоры, все обсуждали новости и слушали предводителя людей вполуха. Он обещал разобраться и наказать виновных самых суровым образом.

Неужели ректор погиб только потому, что Бертон решил напакостить Макеям, и поставил их на дежурство в одну ночь? Неужели он сам просчитал такое развитие событий? Я успела пообщаться с ним не так много, но уже поняла, что умом этот субъект не блещет. Значит, его на эту подлость мог надоумить кто-то другой.

Как бы вывести его на откровенный разговор?

Воспользовавшись всеобщей суматохой, я отвела Эдвина в сторону и озвучила свой план. Видно было, что он колебался, но все же согласился помочь и даже обещал не вмешиваться, а просто наблюдать.

Эдвин Макей

То, что предложила Аниша, мне не понравилось совершенно. Но она была настроена решительно, и заявила, что этому разговору быть. С моей помощью или без.

Оставить ее наедине с этим слизняком я не мог. Пришлось подчиниться. Странное чувство – поддаться в споре слабой женщине, которая так бесстрашно отстаивает свою точку зрения.

– Может, я его припугну просто? – с надеждой спросил я, очень уж кулаки чесались эту наглую морду поправить.