Книга Замуж за врага. Его (не) любимая - 2, страница 89 – Юлия Марлин

— Люблю тебя.

Девушка тихо вдохнула и тоже хотела признаться, что любит всем сердцем, но в последний момент промолчала. Заветные слова застряли в горле, не прозвучав. Соня повела плечом и смутилась. Святослав сделал вид, что не заметил неуверенности жены. Даже если это его задело — лицо молодого князя осталось невозмутимым.

— Проголодалась?

— Очень, — обрадовалась она смене темы.

— Тогда одеваемся и идем в таверну.

… Когда супруги спустились вниз, то узнали, что близится полдень. Три стола были заняты постояльцами, остальные пустовали. За окном царил унылый снежный день, и только яркие стеклянные фонарики, горевшие под потолком, разгоняли гнетущую осеннюю хандру.

Непогода не испортила чудесного настроения.

Супруги устроились за свободным столиком и заказали сытный обед. Свиные ребрышки в сметанном соусе, запеченный картофель с ароматными травами, луковый суп и хрустящий каравай были невероятно вкусными. Соня с мужем оживлено беседовали о том, как следует обустроить совместные покои в княжеском дворце сразу по возвращении в Стифополь, как вдруг их прервал тост хозяина «Незабудки».

Не церемонясь, он вынул из-за стойки бочонок с пивом,плеснул в кедровые кружки, оббежал гостей, бормоча: «за счет заведения», вернулся за стойку и вознес самую большую кружку с пенной шапкой:

— За доброе начинание дня!

И опрокинул хмельное в себя.

София тихо рассмеялась: традиция произносить тосты, принятая в Гарриене, была крайне занимательна. Уютный город, веселый народ — поживи тут месяц-другой и сам научишься чеканить тосты не хуже любого уроженца Дома Горного Оленя.

За час, проведенный в таверне, князь с женой услышали не меньше десятка тостов, провели прекрасное время вдвоем, и навсегда запомнили необычное свадебное путешествие в заснеженные северные земли.

* * *

После обеда супруги обошли множество городских лавок с одеждой и сделали ряд покупок. В первую очередь приобрели черно-синие плащи без рукавов, искусно отделанные мехом горностая, шапки, теплые перчатки, а после направились к сударю Дамиргу, надеясь обзавестись парой отменных гарриенских скакунов.

Местный фермер был молод и приятен на внешность: с глубоко посаженными голубыми глазами, мягкими скулами и темно-русыми волосами, какие присущи всем уроженцам Дома Оленей. Он удивлял певучим голосом, подтянутой фигурой и легкой поступью.

С почтением встретив гостей из Лейда, он любезно проводил в конюшню, пристроенную к задней стене дома. Там — долго водил вдоль стойл и рассказывал о снежно-белых породистых жеребцах, привезенных из владений Дома Песчаного Ирбиса. С гордостью представлял вороных красавиц, завезенных из провинции Яффет, расположенной на берегах Срединного моря. И, конечно, предлагал коней попроще — местной породы анкет, легких, быстрых и выносливых.

Через полчаса покупатели и продавец сговорились о продаже снежно-белого породистого жеребца для Святослава и вороной красавицы для Софии. Дамирг заверил, что лично доставит животных к постоялому двору и, получив два золотых сталла, тепло распрощался с молодоженами.

После этого Святослав и София отправились на прогулку по городу.

Тихий, несуетливый Гельск в этот пасмурный день переполняли покой и нега. Заметенные первым снегом улочки — стыли в безмятежности.

Святослав, сжимая руку жены, медленно скользил мимо пряничных домиков, поглядывая на Соню. Девушка с интересом рассматривала непривычные северные пейзажи. Сбоку визжала стайка детей, игравшая в снежки. В концеулицы пушились замерзшие ели и сосны, лохматые и кривые, как и в лесах, бравших город в кольцо. Справа виднелся старый храм. С севера нависали склоны Туманных гор, по вершинам которых стелился серый туман. С юга Гельск окружали живописные холмы, поросшие хвойным лесом. Пахло сухим печным дымом.