Книга Замуж за врага. Его (не) любимая - 2, страница 108 – Юлия Марлин

— Похоже, рассыпали его во время бегства, — согласился Словен.

— Но зачем? — Поддакнул Тис.

— Как стемнеет — узнаем, — князь стряхнул порошок с пальцев и оглянулся на бледное солнце.

Угнанные с рассветом облака открыли ясное небо. Ледяная Пустошь горела белым огнем. Днем она выглядела мирно и даже безмолвно, но защитники зналицену этой обманчивой тишине. Стоило солнцу рухнуть за склоны гор, а теням покрыть сугробы, чудовища появятся вновь.

Через два часа Святослав внял просьбам друзей и спустился в личную комнату, чтобы вздремнуть. По сравнению с комнатой командующего «Западным Щитом», которую тот предоставил Софии, когда она вместе с отрядом сопровождения заночевала в той крепости, его была просто крохотным углом, лишенным удобств.

Жестка узкая кровать, шкаф, стул и стол, заваленный бумагами и донесениями. Одно из них прибыло рано утром. Западный форпост был атакован Вепрями в ночь новолуния. К счастью, объединенные силы Лейда и Тарберина успели отразить вражеский натиск и отбросили войска князя Андрогаста обратно к границе.

Святослав отстегнул ножны с клинком, бросил поверх бумаг, сорвал плащ, кинул на спинку стула и завалился на кровать. Мышцы ныли от пережитого напряжения и усталости. В глаза, точно песка насыпали, сердце едва прослушивалось. Он прикрыл веки, и огни битвы тот час померкли. Всем его миром стала София.

В запале сражений или во время коротких передышек он старался не думать о жене, чтобы не рвать душу отчаянием. Но оставаясь наедине с собой, уже не мог сопротивляться крику собственного сердца.

Иногда казалось, он слышит ее нежный шепот. Она умоляет его беречь себя, держаться, даже если силы на исходе и не сдаваться врагу. А еще Соня ждёт его, как никто и никогда не ждал. Любит, как никто и никогда. Молится, как никто и никогда.

Она — бесценный дар Властелина Небес. Его жизнь и награда. Минуты, проведенные с женой — лучшее, что было в жизни северного князя, и лучшее, что он заберет с собой, когда эта жизнь оборвется.

* * *

— Не жалейте себя! Тяните! И взяли!

Рогнед ревел грозным охрипшим голосом второй день подряд.

Вместе с пятью десятками бойцов по приказу командира «Северного Ветра», он прибыл к подгорному проходу, чтобы раз и навсегда отсечь доступ к «Сокровищу».

Они мучились на предгорье, ворочая гигантские валуны, перетягивали их канатами и тащили к обрыву, дабы сбросить вниз и завалить тайную тропу. Но обледенелые скалы встретили людей враждебно. Ветер хлестал и бил колючим снегом. Облака смрада, вырываясь из недр Туманных гор, травили ядом. Острые камни резали до крови, норовясь скинуть с обрывов на голые камни.

Ущелье, вкоторое они угодили, превратилось в настоящую пытку, а два ночных боя, которые воины вместе с Рогнедом видели и слышали, но не могли вмешаться — угнетали стойкость и волю северян.

— И раз! Взяли!

Исполинский валун, перетянутый прочными веревками, дрогнул, сдвинулся с места, заскользил по скале и с шумом полетел прямо к подгорному проходу, зиявшему в нагромождении скал распахнутой черной пастью.

Именно отсюда начиналась тропа, ведущая под гору к бесценному «Сокровищу», о котором не грезил разве ленивый.

— Держись!

Валун упал. Страшный удар сотряс предгорье.

Взлетели тонны каменной крошки и пыли. Стало трудно дышать. Чугунно-серая глыба рухнула удачно, но раскололась на несколько частей. Проход в глубь обледенелой пещеры по-прежнему был открыт.