Книга Жених есть, совести - нет!, страница 63 – Анна Сергеевна Гаврилова, Яся Недотрога

Леди, усаженная на мои колени, то выгибалась, запрокидывая голову, то старалась прижаться. Последнее было интересно,но недопустимо — я не позволял.

Мне требовался простор! Пространство для манёвра, с помощью которого я подводил Илиену к следующей стадии этого акта. Я намеревался усадить леди на стол, грубо задрать юбки, стянуть тонкие кружевные трусики и получить быстрое удовольствие.

Да, сегодня я хотел сделать всё быстро. Но при этом так, чтобы Илиена получила свою порцию наслаждения! И желательно ровно в тот момент, когда я вторгнусь в её тело. К этому я и подводил.

Я целовал, облизывал и знал — такого у нас ещё не было. Мне было интересно попробовать. Личное исследование, которое, вряд ли упомяну в дневнике. Или наоборот опишу — чтобы позже, спустя несколько лет, зачитать эту запись жене, и посмотреть на её реакцию.

Покраснеет? Возмутится? Попросит повторения? Или швырнёт книгой?

Не знаю, но в любом случае будет занятно. Но это позже, в будущем. А сейчас…

Увы, я проснулся раньше, чем поцелуи превратились в нечто большее. Состояние при этом было невменяемым! А собственное тело… ну, оно реагировало ровно так, как и должно.

Это был один из моментов, когда я по-настоящему порадовался своей привилегии — отдельной, без всяких соседей, комнате. Иначе не избежать позора. В эту комнату меня переселили в начале второго курса, когда я блестяще прошёл одно из сложнейших испытаний. Интересно, прошёл бы его сейчас?

В голове висел плотный туман, тело утратило гибкость и почти не слушалось. Я дошёл до того, что недобро покосился на почтовую шкатулку — письма с разрешением на немедленную свадьбу ещё нет?

А потом состоялась встреча с невестой, и я едва не сошёл с ума, глядя на скромное декольте её платья. Кровь во мне не просто бурлила — после ночи она стала настолько горячей, что прожигала мозг!

Вернуть подобие самообладания удалось лишь к вечеру, когда повёл невесту в библиотеку. Я надеялся что там, среди книжных полок, мы хотя бы поцелуемся, но Илиена повода не дала.

Впрочем, может оно и к лучшему? Видят светлые силы, сдержанности во мне было немного. Этот поцелуй легко мог закончиться чем-то другим, а библиотека — не лучшее место для таких занятий. Если верить моим источникам, первый раз очень важен, по крайней мере для леди. Всё должно быть красиво — абсолютная безопасность, цветы, свечи, удобная кровать.

К ужину я окончательно успокоился, но стоило проводить Илиену и вернуться в комнату, меня опять закружило. Стоило увидеть кровать, подушку, одеяло, осознать, что впереди ночь — и всё.

Воспоминания были слишком яркими. В надежде вернуть рассудок, я пригласил Корни на внеплановую тренировку, и вот там, на одной из многочисленных тренировочных площадок, нас отыскали Миар, Малин и Кайром. Это произошло спустя два часа после того, как мы с Корни ушли.

К моменту этой поистине внезапной встречи я напоминал пса, который сначала пробежал от западной границы империи до восточной, а потом извалялся в пыли главного тракта. Корни выглядел не лучше.

Потные, грязные, побитые и уставшие, мы уставились на товарищей.

— Там это, — сказал Малин, дёрнув головой. — Короче, девчонки.

Его тон вызвал напряжение. Что «девчонки»? Что-то с Илиеной?

— В общем, они за ужином так подозрительно переглядывались,что мы решили присмотреть, — продолжил Малин. — И знаете что? Они прокрались на кухню.