Книга Сталь, страница 189 – Anne Dar

– Потому что я и есть Тристан, Клэр! – вдруг раздался уверенный бас из ванной комнаты.

Что?!.. Как он?!.. Он что, из ванной комнаты услышал этот шёпот, который едва смогла расслышать даже я, стоящая рядом с девочкой?!.. Ч-ч-что!? Как…

Клэр резко схватилась за мою руку и уже не шепча произнесла:

– Я его боюсь.

“Я тоже”, – хотела сразу же ответить я, но вовремя вспомнила, с кем именно говорю. Поэтому мой ответ, задержанный буквально на кончике языка, прозвучал как короткий звук “ммм”.

Мужчина, то есть тот, кем якобы был Тристан, вдруг вынырнул из ванной комнаты и размашистым шагом направился в нашу сторону. Отпустив мою руку, Клэр резко отбежала от меня и запрыгнула на кресло. Осознавая, что эта гора мышц движется прямо на меня, я выставила вперёд руки, но не на полную длину, боясь, что они переломятся от столкновения с этой скалой. Неожиданно схватив меня за бока, он буквально подбросил меня куда-то вверх, отчего у меня на мгновение перехватило дыхание, и так же ловко подхватив за бёдра, прижал мои колени к своей груди и быстро закружился вместе со мной по часовой стрелке.

– Теона-Теона-Теона-Теона-Теона!!! – громко смеясь, повторял он моё имя и не останавливался до тех пор, пока я сама вдруг не начала заливаться смехом. Он крутил меня бесконечно, и мы бесконечно долго смеялись, у меня даже закружилась голова, но мой вестибулярный аппарат вовремя спасла Клэр. Подскочив к Тристану, она дёрнула его за штаны и серьёзным тоном произнесла:

– Хватит с неё, Тлистан! Тепель давай меня так же!

С этой минуты никто из нас больше не сомневался в том, что перед нами предстал действительно Тристан. Живой. И… Другой.

Тристан ожил!!!Этот парень сновабыл жив!!!

И всё-таки с Тристаном что-то было не так. В смысле, с ним всё было не так, но если не учитывать внешних характеристик, с ним всё равно что-то было не так. Он утверждал, что слышит очень много звуков, доносящихся с улицы, и даже слышит, как капает вода из крана в ванной комнате. Прислушиваясь я ничего подобного не слышала – только биение своего участившегося сердца, о чём я ему и сказала, на что он ответил, что он тоже его слышит. Это меня напрягло, отчего я сразу же попыталась успокоить свой пульс, но и это обновлённый слух Тристана уловил. Подобные заявления насторожили меня так же сильно, как слова Тристана о том, что цвета кажутся ему слишком яркими, а тактильный контакт с любыми поверхностями и веществами кажется ему усиленным в миллион раз, как будто теперь он в буквальном смысле может считать доскональную информацию с любого объекта, но пока ещё не понимает, как это сделать.

Мы попытались обсудить произошедшее с ним, проанализировать, как именно сработала та вакцина, которую я вколола ему, но всё, что было доступно нашим разумам, укладывалось в одну незамысловатую фразу: “Очевидно, эта штука просто сработала”.

Отойдя от шока лишь спустя час после пробуждения Тристана, за это время плотно позавтракав и узнав, что, оказывается, шторы рано утром открыл Спиро, ходящий в туалет, что ещё раз доказало уязвимость моего ночного караула, мы вновь уперлись в необходимость продолжать свой путь. Невозможно описать, как я была рада – это была даже не радость, это было безумие! – тому, что мне не придётся тащить на себе тело Тристана обратно в прицеп пикапа. Это тело, увеличившееся минимум вдвое, могло передвигаться самостоятельно. Оно было живым! Вернее, он был живым…