Книга Сталь, страница 149 – Anne Dar

Спустя несколько шагов поняв, что Тристан ведёт нас в сторону леса, я резко остановилась.

– Стоп! – выдавила через силу я, и Тристан, затормозив, посмотрел на меня непонимающим взглядом. – Стоп! Вокруг дома… – я замахала рукой. – Пойдём…

Мне не пришлось объяснять. Мы сразу развернулись. Тристан просто распереживался, просто не знал, как защитить нас всех: полуоголённую и полувменяемую меня, двух перепуганных до трясущихся поджилок детей и в конце не забыть про себя. Но как только я сказала: “Стоп!”, – он сразу пришёл в себя и вцепился зубами в логику. Потому что он не хуже меня понимал, что без машины мы никто иные, как живые мертвецы. Оставшись без машины, мы остались без Швейцарии. А значит нам не в ту сторону.

Передо мной вырастает страшный, громадный человек, больше напоминающий великана. Но я ужасаюсь не столько его габаритам, сколько его состоянию – я понимаю, что он заражён. Его волосы всклокочены, его нижняя челюсть перекошена, его руки ему не принадлежат – они болтающиеся, ненужные канаты – его глаза превратились из человеческих в рыбьи. Я жду от него удара, я держу в своей руке уже окровавленный нож, но он вдруг заглядывает в мои глаза своими рыбьими, и я отчётливо различаю в них последние остатки быстро испаряющегося человеческого разума. Смотря на меня в упор, он начинает говорить, и я вдруг постепенно начинаю узнавать его. Сначала он говорит нечленоразборчиво, но вскоре я различаю каждое произнесённое им с пугающим гортанным бульканьем слово: “Посмотрите за моей Клэр, да? Присмотрите за ней… За моей… Маленькой… Да… Она самая маленькая… За самой маленькой… Да? Ты присмотришь за ней? Теона?.. Теона Тейт?.. Да?.. Да?.. ДА!!!”.

Я резко прихожу в себя. Так резко, что распахиваю глаза одновременно с глубоким вздохом, обычно случающимся с людьми при сильном испуге. Да, я определённо точно напугана. Напугана сновидением. Которое является свершившейся реальностью, с одной лишь маленькой поправкой: Барнабас Литтл не был великаном. И всё же теперь он мог им быть. В моих снах он мог быть кем угодно, даже великаном, способным раздавить мою болящую грудину…

Моя шея сильно затекла. Потому что я спала сидя, упираясь головой в издающее едва уловимую вибрацию стекло. За окном, на фоне тёмно-свинцовых туч, светило солнце и мелькали лужи, и мокрый асфальт… Мы проезжали нереалистично зелёное поле, расположенное у подножия далёкой от нас, небольшой горы. Краски были неестественно яркими, в воздухе пахло свежестью и сыростью. Здесь совсем недавно случился сильный ливень: раскаты грома до сих пор сотрясали пространство, а медленно удаляющиеся стаи туч, подсвечиваемые гонящим их прочь солнцем, мерцали от фиолетовых и белых молний. Из-за столь странного освещения я никак не могла сориентироваться во времени суток, в которые ворвалось моё сознание.

Тяжело выдохнув, я нашла в себе силы выпрямиться и сесть ровно, но воспоминания всё ещё возвращались ко мне слишком медленно.

Мы обошли дом Шнайдера. Я думала, что нам придётся обходить всю деревню, думала,что и обойдя её мы рискуем не найти ни единой машины, но, к нашему счастью, оказалось, что Гарднер всё-таки стал владельцем пикапа, о котором давно мечтал. Пикап был лишь слегка подержанным, бордового цвета и с наличием задних мест. Автомобиль был словно намеренно спрятан за домом. Я даже не сразу поверила своим глазам: смысл человеку парковаться за домом, практически в дровотне, если прямо перед домом есть подходящая площадка? И всё же пикап был реальным. Реальным шансом нашего чудесного спасения, чудо которого заключалось в том, что я, оказывается, всё-таки успела сдвинуть ту злосчастную щеколду на подвальной двери ровно настолько, чтобы Тристан смог погнуть оставшиеся не сдвинутыми полсантиметра, преграждающие ему дорогу к выходу. Он вреза́лся в дверь снова, снова и снова, пока щеколда наконец не отлетела. А потом, оказавшись в коридоре, он добежал до наших вещей, неблагоразумно непроверенных Шнайдером и оставленных им у входной двери, где мы их и кинули, и вытащил из своего рюкзака пистолет Рэймонда, при помощи которого он однажды уже помог мне справиться с обезумевшим отцом Клэр.