Книга АтакА & Исключительная, страница 121 – Anne Dar

Завтракали в молчании, периодически продолжая клацать зубами. После завтрака Рагнар с Маршалом разобрали палатку, я, Диа и Кайя собрали вещи, и начался второй день, который не предвещал нам ничего радужного, однако же мог бы быть не таким мрачным, если бы не одно происшествие.

Это произошло ещё до полудня: мы подходили к лесной тропе, на которую хотели сойти, чтобы облегчить наш тернистый путь по лесным ухабам, когда Рагнар вовремя заметил людей, уже идущих по этой дороге. Мы были очень близко, так что если бы предприняли попытку к бегству, обязательно обнаружили бы себя. Среагировав на команду Маршала, мы все резко и практически бесшумно попадали на землю: каждый спрятался за ближайшим к нему кустом или стволом дерева. Следующие пять минут стали одними из самых неприятных в моей жизни после Первой Атаки. Людей было много, и все они нуждались в спасении, но я не то что не предприняла попытку помочь нуждающимся – я даже не думала дёргаться в этом направлении. По дороге шествовала колонна людей, состоящая из плененных и пленителей: пленных было около двух десятков, они были связаны между собой массивной цепью и шли друг за другом; пленителей было примерно столько же, быть может, чуть меньше, и они двигались вдоль колонны, со смертоносными автоматами в руках. Нас пятеро… Нет, четверо против скольки автоматов? Пятнадцати или двадцати? Самоубийство. Нет, даже хуже – подставление под пули своих близких. Я лежала даже не предполагая возможности вступить в неравный бой со своим продвинутым оружием. Пыталась осознать, что всех людей мне не спасти, но хотя бы своих близких я могу постараться вытащить…

Спустя пять минут после того, как колонна окончательно скрылась из поля нашего зрения, мы медленно встали на ноги и отправились назад вглубь леса, и больше не искали простой дороги. Мы не обсуждали увиденное, потому что все смаковали примерно одинаковый коктейль, состоящий из двух горьких эмоций: страх и бессилие – одна из самых неприятных смесей в баре жизненных вкусов.

Высокие подъёмы и крутые спуски достаточно быстро и очень заметно повлияли на самого слабого члена нашей команды. Кайя стала не только отставать, но и спотыкаться. Когда Маршал забрал у неё рюкзак, ей как будто стало полегче, но спустя два часа она вновь началасерьёзно тормозить нас, несмотря на то, что она, безусловно, очень сильно старалась не подводить своих более старших и сильных товарищей. Как бы прискорбно это ни было, но из-за Кайи нам пришлось остановиться на разбивку ночлега ещё до наступления вечера. И стоило нам только это сделать, как Кайя сняла со своих ног кеды и призналась нам в своих кровавых мозолях. У нас было мало лейкопластыря, но он был – Диандра здорово отругала девчонку за то, что та так серьёзно запустила состояние своих ног и не наклеила лейкопластырь сразу. Кайе, кажется, было наплевать на негодования моей сестры, потому как она уже была наполовину в отключке.

Мы бы реально могли добраться до нашего пункта назначения за два дня. Но Кайя нас затормозила. Теперь придётся идти вместо двух дней все три, а может и того дольше. Я не злюсь на ребёнка, но и не рада тому, что мы тормозим. Даже проскользнула мысль о том, что нам стоило бы оставить Кайю на ферме с нашим обещанием вернуться за ней, но мы ведь живём не в том мире, в котором подобные обещания легко сдержать, в конце концов, её мать так и не вернулась за ней, хотя давала такое обещание ещё в прекрасном мире, не знающем ни Атак, ни Стали. Вот ведь хрень!.. И ей нехорошо, и нам сложнее, чем могло бы быть, и ничего с этим теперь не поделаешь, мы ведь одна семья.