Книга Живое Серебро, страница 262 – Anne Dar

Всецело подчиняющаяся, разменная монета, брошенная не в фонтан, а в болото, чтобы никогда больше не возвращаться никуда… Он не захотел отпускать меня. Он предпочёл моей свободе мою смерть, и не мгновенную, а ужасную, мучительную… Он не знал, что я способна пойти против его воли даже в таком кажущимся несокрушимом решении, которое, как он думал, не отменить, не исправить… Он не знал, что я настолькосильна.

Ртуть – один из редких Металлов, не тонущих в воде. Если бы не этот фактор, всё бы пошло по сценарию Платины: я бы не выкарабкалась – пожизненно тонула бы и тонула, пока не спятила и не превратилась в один большой кусок боли, поглощённый болотом.

Знаете, каково это, “сливать” себя по частям? Не знаете…

Я впервые пришла в себя, когда моя голова уже притянулась к туловищу. Открыв глаза, я увидела полную луну… И не смогла пошевелиться.Лежала на мокрых комках болотной травы, смотрела в небеса, прямо на луну, и немо, безостановочно плакала-плакала-плакала… В моём организме было много жидкости – я могла себе позволить выплакать целый водопад. И выплакивала… Там, где когда-то была левая рука, болело, там, где когда-то была правая нога ниже колена, болело, там, где когда-то ощущалась душа, онемело…

Наступило утро.

Наступил день.

Наступил вечер.

Наступила ночь.

Я не двигалась, потому что не чувствовала себя способной… Луна снова появилась на небосводе… На минуту я перестала плакать, после чего разрыдалась на долгие часы…

Перед рассветом я заставила себя сесть и облокотиться о валяющуюся рядом, голую корягу. Из рваного плеча и ноги сочилась ртуть, которая тут же стремилась затечь обратно – бесконечная циркуляция неописуемой боли… Я продолжала плакать…

Когда большая сова заухала, пролетая над моей головой, я резко схватилась за шею оставшейся у меня рукой, и сразу же ахнула от испуга: цепочка с кольцом Берда, которую я пронесла через весь тот кромешный кошмар, представляющий собой мою металлическую жизнь, исчезла! Она была на мне! Была здесь!..

Я начала шарить рукой по холодной грязи, начала искать цепочку с кольцом – когда он оторвал голову от туловища, когда разбросал части моего тела, она отлетела и… И… И… Кольцо Берда – единственная дорогая мне вещь, память о моей семье! Оно утонуло… Моё колечко! Берд…

Я расплакалась сильнее и горестнее, чем до сих пор… С надрывом лёгких… Страдание переполнило меня и, кажется, порвало меня изнутри – иначе что за страшные звуки вырывались из моего горла?.. Испугавшись самой себя, я схватилась рукой за горло и попробовала говорить: “Берд, мама, Октавия, Эсфира, Стейнмунн, Арден, Арлен, Гея”, – я произнесла каждое имя очень громко, но как!.. Как звучал мой голос! Ужасно сипло, ужасно скрипуче, ужасно, как будто… Как будто голосовые связки залили расплавленным металлом.

Не знаю, по чему весь следующий день от рассвета до самого заката я страдала больше: по потерянной подвеске или по своему потерянному прекрасному голосу, превратившемуся в уродский хрип.

Я не была способна двигаться дальше: шокированная, разорванная, многократно умершая и воскресшая, кажется, я час за часом только чахла и теряла силы – ртуть стала больше вытекать из ран и меньше возвращаться обратно…Не знаю, чем бы это всё в итоге закончилось, если бы не произошло то, что произошло дальше…