Книга Живое Серебро, страница 160 – Anne Dar

– Выглядишь… Ослепительно, – поражённым тоном произнёс он, резко убрав от меня свою руку, будто обжегшись огнём.

– Постарайся, чтобы твоя растерянность не переросла в дезориентацию, – произнёс более толковые слова вставший с другого бока от меня Радий. Рядом с ним сразу же вырос и Барий:

– Ну как вам такое? – запустив руки в карманы своего костюма металлического цвета, откровенно недовольным тоном хмыкнул здоровяк. – Все мы знали, что это шоу, но не понимали, какие у него масштабы.

– Да уж, неприятно, – отозвался Свинец.

– Неприятно? – Барий стрельнул в мою сторону взглядом и сразу же отвёл его в сторону. – Тебе повезло, что ты явилась сюда на десять минут позже нас всех, иначе увидела бы, как по этому экрану крупным планом показывали твой голый переход через реку. Понимаю, что тебе это неприятнослышать, но лучше уж узнай от нас, чем получи неожиданный удар от толпы.

– О, ужассс! – до боли сжав кулаки, я простонала свой ужассс сквозь сжатые зубы.

Внезапно заговорил Радий:

– Не переживай, тут было не так людно, когда показывали этот кадр… И мы из солидарности не смотрели. Честно. А то, что случайно увидели, было прекрасно…

– Молчи-молчи-молчи… – замотав головой, я непроизвольно зажмурилась.

Они показали меня голой! Все в этом зале, все в Кар-Харе видели меня голой! Ааааа!..

Быть может, Радий положил бы руку на моё плечо, чтобы поддержать меня, но в этот момент в нашу компанию решил вклиниться незваный гость, от одного только взгляда на которого к моему горлу подступила фантомная тошнота: кровавый диктатор тоталитарного режима – президент Дилениума Харитон Эгертар собственной персоной! Он был точь-в-точь такой же, как на всех портретных листовках, регулярно распространяемых по Кантонам ликторами: седовласый, голубоглазый, среднего роста, с неровными бровямии глубокими мимическими морщинами, выдающими высокомерие хозяина этого лица, неспособного выдавать больше пары-тройки самых примитивных эмоций.

– Позвольте заметить, что Вы великолепны, – совершенно игнорируя стоящих рядом со мной парней, напрямую ко мне обратился змей, при этом слегка приподняв свой бокал с шипучим напитком, после чего сделал из него глоток.

Старик был одет в чёрный костюм с белоснежным воротом, а его руки были облачены в чёрные перчатки. Периферическим зрением я заметила, что другие гости бала как будто стали обходить нашу компанию стороной, хотя до этого, наоборот, жались к нам впритык. Тем временем Эгертар продолжил вести себя совершенно непринуждённо и говорить крайне странные вещи:

– Hydrargirum, Quecksilber, Mercury… Знаете, какое ещё наименование имеет загадочная ртуть? – он не отводил от меня взгляда сытого хищника. Продолжая крепко сжимать зубы, я сделала едва уловимое отрицательное движение головой, и он сразу же выпалил: – Живое серебро! Такое наименование ртуть получила за свою подвижность и серебристый цвет. Это в наше время ртуть принято считать только лишь токсичным металлом, но именно благодаря своей токсичности этот недооцененный всем миром металл активно использовался древними химиками – и знаете для чего? Для того чтобы получать из руды такие металлы, как серебро, золото, платину… Амальгамация была забыта на некоторое время, однако в шестнадцатом веке люди вновь вернулись к этому способу добычи драгоценных металлов, основанном именно на ртути. Но дальше всех пошли китайские знахари, которые изготавливали “пилюли бессмертия” на основе токсичного металла. Вы когда-нибудь слышали про Китай? – в ответ я снова едва уловимо, отрицательно мотнула головой: я действительно никогда не слышала про местность под названием Китай, однако не хотела подавать голоса, чтобы случайно не выдать свой воинственный настрой. – Ну конечно же вы не слышали, я ведь об этом позаботился, и, получается, неплохо потрудился, – непонятно и совершенно неприятно ухмыльнулся Эгертар. В этот момент к нему приблизилось и остановилось подле его правой руки ещё одно узнаваемое лицо: его единственная дочь и наследница престола Дилениума – Ивэнджелин Эгертар. Две ядовитые змеи в одном месте – это становится опасным… Я ощутила напряжение, которое исходило и от стоящихрядом со мной Свинца, Радия и Бария, и от толпы, старающейся не смотреть в нашем направлении… Наследница престола надушилась ужасно вонючими духами, будто выведенными на основе кошачьей мочи! И если по Эгертару было видно, что он уже глубокий старик, тогда по лицу и фигуре этой странной женщины невозможно было определить её точный возраст: то ли сорок лет, то ли шестьдесят – что за безвкусная, совершенно искусственная пустота во всём её облике?!