Книга Тень дракона. Хозяйка, страница 108 – Любовь Черникова

«Лина, как я радтебя видеть!» — тут же послышалось в моей голове.

Дракон по-прежнему не шевелился, только узкий зрачок, пересекающий оранжевые блюдца немного расширился.

— И я рада… — выдала дежурное, борясь со смешанными чувствами. А затем повернулась и шепотом спросила у стоящего прямо за моей спиной Реджа: — А чего он лежит? Приболел?

— Он просто здоровенный, и думает, что лежа выглядит меньше, — сдал часть себя Редж. — Боится тебя напугать, вот и прижался всей тушей.

«Редж!» — в одной этой мысли было столько укора, что я улыбнулась.

В пещере было темно, поэтому я видела лишь глаза, и немного очертания морды, но Редж, убедившись, что я не испытываю страха, зажег несколько факелов, которые высветили древнего ящера.

— Он… алмазный! — восхитилась я, рассматривая огромного, размером с двухэтажное здание дракона.

Оба — и человек, и дракон расхохотались.

— Берлиан, значит? — я едва не сморозила какую-то глупость, вроде: «А ты меня не сожрешь?», но остановилась. Это же магический дракон, да еще и часть Реджинхарда. Не думаю, что у местных драконов-хранителей есть гастрономический интерес к собственным Теням. — Берлиан, а я настоящая Тень Дракона? — спросила то, что и сама не ожидала.

Отчего-то мне вдруг стало очень важно услышать это от самого настоящего дракона.

«Самая, что ни на есть!» — подтвердил он, и мне вдруг стало легче.

Словно какой-то груз давил на плечи все это время, а теперь его вдруг не стало.

— Ну раз сам дракон подтверждает мою подлинность, давайте к делу. Снимем эту гадость, что не дает тебе выйти из пещеры, и устроим нирфам ледовое побоище, — решительно улыбнулась я, окончательно перестав робеть, и коснулась драконьего носа. — Ой! Какой теплый! — воскликнула от неожиданности.

Почему-то мне казалось, что алмазная броня ящера должна быть твердой и холодной.

«Я тебе нравлюсь?» — вдруг с надеждой спросил Берлиан, и едва ли хвостом не завилял.

— Полегче, Бер! — ревниво рыкнул Редж, а я хихикнула, прикрыв рот рукой.

— Как ты можешь не нравится. Ты такой красивый! Можно… Можно я тебя поглажу?

«Можешь делать все, что тебе заблагорассудится!» — с восторгом откликнулся дракон и снова лег, чтобы мне было удобнее его касаться, что я и сделала.

Надо же! Я трогаю руками дракона! Самого настоящего дракона! С ума сойти!

— Знаешь Бер, а я тебе немного завидую. Меня она не рвалась погладить ни разу, — негромко откомментировал Редж, и я вдруг покраснела.

Ошибаешься, мой драклорд. Еще как рвалась, да только вот под страхом смертной казни, я бы не стала спрашивать на это разрешения.

Ящер блаженно закатывал глазки и издавал забавные тоненькие звуки, похожие на хрустальный перезвон, когда мои ладони скользили по его поразительной шкуре. Она была одновременно твердой и бархатной. Неожиданно приятной на ощупь. Но как такое возможно? Это был совершенно новый тактильный опыт, если можно так выразиться.

— Ему приятно, да? — обернулась я и спросила у Реджа. А потом, спохватившись, уточнила у самого Берлиана: — Так хорошо?

Я как раз активно чесала ему подбородок, точно ласковому котейке.

— Ему всяко хорошо, — пробурчал Реджинхард.

«Ты просто мне завидуешь, — самодовольно отозвался Берлиан. — Ага, вот тут. А теперь чуть правее и ниже. Да. И посильнее. Оо…»

Я гладила дракона, точно пса, испытывая при этом детский восторг. И от избытка эмоций наклонилась и чмокнула того в нос.