Книга Тень дракона. Пленница, страница 128 – Любовь Черникова

Он сказал, что нашел все мои игрушки. Но так ли это?

Со всей скорости, на которую сейчас была способна – то есть чуть быстрее черепашьей, – я поспешила к туалетному столику. Камера по-прежнему была на месте. Отлично! Он ее не заметил.

Телефон!

Своего смартфона нигде в комнате я не обнаружила. Видимо, его Цветков все-таки забрал вместе с диктофоном, баллончиком и всеми моими вещами. Плохо, но не смертельно.

План вырисовывался следующий: теперь у меня есть то, что поможет приструнить урода. На записи прекрасно было видно, чем он занимался. Но чтобы ее использовать, нужно сбежать и добраться до ближайшей больницы, пока следы не выветрились. Определить, что за препарат в моей крови и… И тогда вместе с записью, что я сделала, и образцами семенной жидкости можно будет попробовать прижать его к ногтю.

Двигаясь уже почти нормально, я поискала какую-нибудь одежду, но, похоже, на тапках и халате щедрость Цветкова закончилась. Пришлось стянуть с кровати покрывало и замотаться. Почувствовав себя чуть более уверенно, подошла к окну. Решеток не было, как и ручек изнутри – не открыть, а выбить пластик мне будет не под силу. Помню, как-то видела испытания, где в такое окно долбили шестнадцатикилограммовой гирей, а оно только трескалось и прогибалось, но и то не сразу. Что же делать?

Думай, Лина, думай!

Я направилась к двери и осторожно нажала на ручку.Заперто. Но я и не лелеяла надежды сбежать через главный вход. Наверняка коридор охраняется. А если и нет, то там уж точно установлена камера.

Я завертелась, пытаясь ее обнаружить, но или та была очень хорошо спрятана, или ее не было вовсе. Результата я не добилась, только разболелась голова.

Мое нынешнее состояние можно было сравнить с похмельем, и пить хотелось нисколько не меньше. Кутаясь в покрывало, поспешила в ванную, где умылась и напилась воды прямо из-под крана. Как раз в этот момент что-то в зеркальном отражении привлекло мое внимание.

У стены на полу валялось полотенце. Черное, мужское, оно выделялось на фоне остального кремово-белого интерьера. Но как оно сюда попало?

Вымещая злость на хозяина, я попыталась отшвырнуть его ногой, точно мерзкое насекомое, но от резкого движения голова закружилась сильней, и я впечаталась плечом в стену. Опора неожиданно поддалась, и, еще больше теряя равновесие, я полетела следом, судорожно пытаясь ухватиться руками хоть за что-нибудь. Не упала я на твердый кафель только чудом – удалось удержаться за край дверной створки.

Испуганно хлопая глазами, несколько секунд я приходила в себя, прежде чем сообразила, что нахожусь в другой ванной – смежной с моей собственной. Только здесь все было черно-золотым, а не бежевым, и освещена она была лишь светильником у зеркала.

Так вот как Цветков беспрепятственно проник ко мне в комнату! Разделяющая две ванные дверь даже не была замаскирована. Будь я в норме, обязательно бы ее заметила. Вон даже небольшая ручка-кноб имеется с обеих сторон. Но если я ее и видела, то приняла за вешалку для полотенец.

Проверила ванну – влажная. Ей пользовались, но какое-то время назад, и, находясь здесь, я сильно рисковала. Если Цветков поймет, что я уже пришла в себя настолько, чтобы двигаться самостоятельно, меня точно ждет второй раунд. Но какой у меня был выбор?

Погасив светильник, я тихонько – всего лишь на волосок – приоткрыла дверь. В комнате было темно, и лишь неверный свет снаружи проникал в незашторенные на ночь окна, едва рассеивая кромешный мрак. Затаив дыхание, я прислушалась, но никаких звуков из спальни не доносилось. Ни сонного сопения, ни дыхания. Тишина…