Книга Муза для ректора, или Рабыня из Ауры, страница 63 – Наталья ДеСави

– Дарр Канаи будет против, – невозмутимым голосом произнес Канаи, – мой секретарь всегда должен быть возле меня.

Старичок стушевался, развел руками и сочувственно посмотрел на меня.

– Очень жаль. Такой девушки у меня в гостях никогда не было. А ваша прическа, думаю, войдет в моду в этом сезоне. Очень необычно, но очень красиво.

Я еле успела поблагодарить, как Канаи уже увел меня в глубь зала. Все веселились, пары кружились в танце, от взлетающих пышных юбок кружилась голова, а музыка так и просила пуститься в пляс. Но твердая рука Канаи держала меня около себя. Оставалось только идти, улыбаться и делать реверансы перед теми, с кем останавливался поговорить Канаи.

– Я думал, ты не придешь, – раздался рядом знакомый голос.

Я обернулась. Синий костюм отлично подчеркивал его фигуру, в петлице была белая роза, а волосы аккуратно зачесаны назад. Боже, до чего же он красив. Вздох вырвался из моей груди. Канаи услышал и незаметно дернул меня за рукав.

Глава 32

– Решил сделать исключение. Ведь сегодня здесь соберутся все претенденты на место ректора. Не могу упустить такую возможность ближе познакомиться с моими будущими начальниками, – Канаи враждебно смотрела на ректора.

– Выбираешь начальника получше? – усмехнулся Дарринг. – Старый уже не подходит?

– Прекрасно знаешь, что подходит, но лучше знать всех. Думаю, сегодня все попытаются повлиять на декана. К этому нужно быть готовым, в первую очередь тебе.

Дарринг кивнул.

– И у меня есть пара вопросов, которые нужноутрясти с деканом. Так что еще увидимся, – он пожал руку Канаи и, мельком взглянув на меня, прошел мимо.

Незаметно проводив его взглядом, я пошла за своим новым хозяином знакомиться с новыми людьми, с которыми нужно было обсудить важные вопросы.

Далеко уйти мы не успели, так как прямо перед нами появился Освальд. Его светлая шевелюра резко контрастировала с черным одеянием. Показав нам все свои белоснежные зубы, вальяжной походкой он подошел и протянул руку Канаи, при этом не отрывая взгляда от меня.

– Видеть тебя на светской вечеринке означает только одно – здесь будет что-то важное.

– Ты тоже не любитель танцев, что тебя привело? –  парировал Канаи.

Освальд наклонился и прошептал нам обоим на ухо:

– Здесь явно будет что-то интересное. А ради такой красавицы я готов терпеть присутствие всего этого жеманного общества.

Я вспыхнула и сделала шаг назад, но Освальд уже отстранился и с ехидной улыбкой смотрел на меня.

– Не думаю, что красавица готова терпеть ваше общество, – жестко ответила я, но вышло это натянуто. Взгляд этого человека сковывал, вызывал неприязнь и непреодолимое желание стряхнуть его липкость.

– Рабыням теперь разрешают разговаривать, не спросив хозяина? – повернулся он к Канаи. – Такой непослушной девочке нужно бы отрезать язычок, чтобы не болтала лишнего. Жалко, конечно, но ведь смотреть и трогать можно и молча. Так даже лучше.

Он расхохотался, запрокидывая голову назад и широко открывая рот. Слюни брызгали из его рта, веером разлетаясь по залу, а липкие, щедро смазанные гелем (или просто давно не мытые) пряди полос прыгали в такт его гоготу.

– Обрезать язычок тем, кто болтает лишнее, могу и я помочь, – за моей спиной раздался голос Дарринга.

Хотела обернуться, но Канаи дернул меня за рукав, заставляя смотреть вперед.