Книга Муза для ректора, или Рабыня из Ауры, страница 41 – Наталья ДеСави

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Закари еще долго разливался соловьем, пока, наконец, мы не зашли в пекарню. По всем полкам стояли лотки с разными хлебобулочными изделиями. Так бы сказали про земную булочную. Тут же был настоящий музей. Круче, чем музей! Драконы, единороги, саламандры, дворцы, рыцари, собачки и кошечки – все это великолепие, слепленное из теста, казалось, сейчас сойдет с полок или протянет ко мне свои мягкие лапки из теста.

– Я взял тебе рогалик, – окликнул меня Закари, беря два и поднося их к кассе. Я молча стояла сзади и разглядывала витрину.

– Первый раз у нас? – женщина за прилавком, упаковывающая наши рогалики, мило улыбнулась.

Я только кивнула. Говорить не могла, от невероятных запахов рот наполнился слюной.

– Вам понравится в Ауре. Надеюсь, увидеть вас не последний раз у себя, – проворковала она. – Возьмите этот презент от меня.

Она протянула мне маленький кусочек хлеба, совсем крошечный. Наклонилась и шепнула на ухо:

– Эточудо-хлеб. Он не черствеет и маленьким кусочком можно утолить голод. Он вам пригодится.

Я взяла хлеб и сунула его в карман. На выходе Закари протянул мне рогалик со словами:

– Смотри, язык не проглоти.

Я откусила засахаренную верхушку. Замечание было верное. Таких рогаликов я не пробовала ни в одной земной кондитерской. А я побывала во многих городах. Нежная сдоба таяла во рту. Пирожные Бастиана были великолепны, но до этого рогалика им было далеко.

– Думаешь о том, что даже Бастиан не может переплюнуть мадам Криолу? – проговорил Закари с набитым ртом. – И ты полностью права.

Гад, а ведь прав как никогда.

– Я хоть так немного загладил свою вину перед тобой? – сказал он, прожевав последний кусок. – Ты прости, но после последней встречи с Музой, нужно проверять более достоверно, чем делает это Канаи.

– Какая-то странная у вас проверка, – усмехнулась я.

– Психологическая. Когда берешь на испуг, проявляются истинные качества.

– Даже боюсь представить, каков результат моей проверки.

– По крайней мере мою проверку ты прошла. Неадекватная, взбалмошная, но не желающая причинить зло. Мамину проверку, – он развел руками, – не прошла. Ей нужна покладистая, боящаяся и во всем ее слушающаяся.

– Ты так говоришь, будто не заодно с Химурой, – удивилась я.

– Не поверишь, не заодно. У нас и цели, и методы разные.

Я удивленно подняла бровь.

– Я хочу просто жить в этом доме, потому что в нем вырос. Мамочка же хочет заполучить власть и отомстить.

Я кивнула. Родная дочь и «нагуляный» ребенок. Я бы тоже была не сильно довольна, если бы меня подвинул бастард. Конечно, не до такой степени, как это делает Химура.

– Вижу, ты в городе не просто так, – он покосился на мое обугленное платье. – Давай я тебя провожу. Чтобы не встревать в перепалки с жителями, – развел он руками, после чего подставил свой локоть.

Если все жители отнесутся ко мне как тот эльф, то компания мне точно не помешает. Я ухватилась за его локоть.

– Мне нужно к мадам Листье.

– Как прикажете, госпожа.

До расписной двери, увешанной лоскуточками ткани и кружевами, мы дошли молча. Пропустив меня внутрь, он представил меня высокой худой женщине, которая во рту держала булавки, доставала и подтыкала ими платье. Она выслушала Закари и кивнула на ближайшее кресло.

– Госпожа пусть подождет, а мужчины нам ни к чему, – многозначительно посмотрела она на него. Закари тут же откланялся, подмигнул мне и скрылся за дверью.