Книга Жена для непокорного и мама в придачу, страница 29 – Наталья ДеСави

– Если тебе не интересно, могу не читать.

Она отложила листок на стол, но Кхиль тут же вернул его ей в руки.

– Нет уж. Что там про цветок говорится?

Мари было намного интереснее, с какой целью кто-то будет делать счастливым других, причем насильно, не спрашивая разрешения. Такую помощь она не любила и не понимала. Уж тем более от незнакомок с другой планеты.

– Рисунков здесь нет, – резюмировала она, переворачивая лист другой стороной, – но есть описание: широкие лепестки, символизирующие широту любви и преданности. Яркий аромат любви будут чувствовать только избранные, предназначенные друг другу. Какой-то выбор без выбора.  А какой процент ошибок? Вдруг, цветок возьмут совсем не те, кому он предназначался?

– Не знаю. – Кхиль выглядел раздосадованным. На его лице отразилось недоумение, он выхватил листок и стал переворачивать, затем перетряхнул папку, в которой его нашел. – Больше ничего нет.

Мари тоже пересмотрела все документы, которые там были, но не нашла ничего стоящего или относящегося к грядущему проклятию, как называл его Кхиль. Она подумала, что это странное наименование для того, что принесет тебе счастье, но была полностью с ним согласна. Если тебя хотят сделать счастливым насильно, это точно проклятье. Она присоединилась и стала перебирать бумаги. Кроме старой бумаги с описанием прибытия цветка, был и другой лист, на котором изображалась та самая фея.

Длинноволосая, красивая и полностью голая.

Мари вспыхнула, но бумагу из рук не выпустила.

– Кто решил, что эта богиня выглядит именно так? Вряд ли она ходит постоянно без одежды. Ваши старейшины видели ее?

Кхиль забрал лист у нее из рук.

– Все предсказания пишутся Верховными Старейшинами. А они все мужчины. Поэтому и картинки в книге предсказаний соответствующие.

Красный румянец стал затягивать лицо Мари.

– Не думала, что Старейшины такие.

– Старые? Или живые? Они мужики, и этим все сказано. Надо же как-то развлекаться.

На столе начал сверкать стеклянный шар, переливаясь то синими, то серебристыми искрами. Кхиль и Мари замерли.

– Госпожа Верховная, – раздался скрипучий голос, – все готово к приему невест за столом.

– Нужно идти. – Мари уже направилась к двери. – Все равно от тебя толку нет.

– Это как? – не понял Кхиль. – Тебе так не угодил сын Верховной и хозяин особняка?

– Полновластная хозяйка здесь твоя мать. И, как ты правильно сказал, ты только сын Верховной.

– Тебе этого мало?

Голос Кхиля был тихим, но от него у Мари задрожали коленки и сердце стало биться намного чаще, спускаясь в пятки. Она замерла, остановившись за шаг до спасительной двери.

– Ты обещал, – как она ни старалась, голос ее предательскидрогнул, – что дашь подсказку моей хозяйке. Но я ничего не получила. Значит, сейчас ты для меня бесполезен.

– Наглая птица, – хмыкнул Кхиль. – Но ты можешь так не торопиться, пока невесты спускаются вниз, мы можем поискать в другом месте.

– В ящике с нижним бельем твоей мамы? – Мари сама не верила, что говорит такое. Ужас сковал ее тело, но голос повиноваться не собирался, произнося то, за что ей тут же становилось стыдно. – Уж уволь, мне нужно подготовить хозяйку. Ведь у нас нет даже платья на ужин, если помнишь, нас обокрали.

Спиной Мари ощущала, что Кхиль стоит близко. Непростительно близко. Но спасительных туфель на ней не было, а сопротивляться было бесполезно. Он почти на полметра выше ее и раз в десять сильнее.