Книга Снежная империя попаданки, страница 127 – Арина Теплова

– Спешил. Не каждый день дядьку женю. Немного не успел, на обряд-то.

– Орей будет рад тебя видеть, – улыбнулась я.

Чарослав положил свою руку мне на талию, приобняв, и мы направились дальше.

– Еще бы. Долго она сопротивлялась ему, – хмыкнул он, имея в виду Ольгину. – Но все равно он добился своего.

– Он любит ее, это видно.

– Наверное, раньше он и не помышлял о женитьбе. Говорил, что все бабы одинаковые. А теперь вон как вышло.

– Как ты съездил? – спросила я. – Все хорошо?

– Пока там спокойно. Люди за тебя. Рады, что у них, как и в столице, стали каменные дома строить. Да и поставки световых рукоятей, стекол и передвижных колесниц тоже наладили к ним.

– Прекрасно. Вот и последний самый дальний уголок моей Налагии с нами.

За те непростые полтора года, что я была наместницей Налагии, мне на верность присягнули сами три четверти земель. В последних градах и селениях пришлось силой убирать посадников и их приближенных, они бойкотировали мои законы, продолжали душить народ податями и не желали отмены рабства.

Во многих таких неблагоприятных землях местные жители подняли восстание, чтобы свергнуть власть кровопийц и жить по законам нового царства. Разгорелась даже гражданская война в одной из местностей. Мне пришлось посылать Чарослава с войском, чтобы навести порядок. Того посадника народ сам казнил, как и его прихвостней, когда царские войска прибыли на место. Воины Чарослава угомонили народ и прекратили кровопролитие. Далее царское войско проследило, чтобы Народным Вече был выбран новый глава града, как это уже делалось по всей Налагии почти год.

– Хорошо у них с продовольствием? – спросила я, когда мы уже приблизилось к большой зале, откуда слышался праздничный гул.

– Всего вдоволь. И сыра, и зерна, и овощей. Рыбыиз местной реки добывают сколько нужно. Теплицы работают на всю мощь. Мандарины в них, как и у нас, растут. Да! Медведей только начали стричь. У них лето чуть позже нашего приходит. Открыли две суконные мастерские.

Сейчас по всей Налагии весной начиналась массовая стрижка медведей. Специальные мастера состригали шерсть более чем вполовину, а потом ее использовали для вязки и изготовления одежды. Одежда с медвежьей шерстью была теплой и носилась очень долго. Медведям же летом длинная шерсть была ни к чему. Когда в Налагию приходил короткое лето всего на два месяца и даже вырастала невысокая трава, медведям становилось жарко. А подстриженные звери прекрасно себя чувствовали. К зиме шерсть у медведей отрастала, и они снова были мохнаты и белы. А медвежья шерсть была очень хороша для изготовления теплой одежды.

Эту ежегодную стрижку по весне предложил делать Берн, и мы согласились. Теперь уже стало ясно, что на будущий год шерсти будет избыток, и я попросила Драгомира заключить торговые договоры для экспорта меховых вещей в соседние царства.

Теперь наша торговля с другими странами не просто процветала, а все более набирала обороты. Мы продавали все, что было в избытке: оранжевые бананы и красные апельсины, выращенные в теплицах, кедровые орехи и лечебные настойки из Зимнего цветка, теплые куртки и шубы, связанные из медвежьей шерсти, сыр и творог. Но самой большой статьей дохода была торговля «диковинным вещами и механизмами из Налагии». Так называли в других странах изобретения Некраса, которых теперь наши мастерские выпускали так много, что мы могли позволить себе продавать их за рубеж. Мы продавали световые рукоятки и фонари, разные механизмы для подъема тяжестей и станки, тепловые и солнечные батареи, даже повозки, которые приводились в движение паром и электричеством.