Книга Золушка для темного принца, страница 109 – Ирина Снегирева

Возникшая следом пауза грозила свести все усилия Вертислава к нулю. И принцесса-жаба как ни в чем не бывало продолжит подкладывать свинью Родеонским. Скажет, что поцелуй померещился всем, особенно младшему принцу. А они так, шептались и секретничали. А у нас с экономкой случился коллективный глюк.

Ситуацию нужно было брать в свои руки. Я подвинулась на полшага к пареньку, решив его поддержать, заодно выдать что-то типа: «Принцесса уже встретила свою половину, уверена, и ваш старший брат встретит свою». Но едва я приблизилась к Вертиславу с твердым намерением «поддержать» Милолику, как в разговор вступила Варвара:

– И ведь не дело на ночь принцессе уезжать. Оно конечно, молодая девушка узнала о любви мужчины, ответила взаимностью. Но как без прощания-то?

Насколько я в курсе, Талия съехала в ночь, так чего же скромничать и не отправить так же Милолику? Так сказать, в гостях хорошо, но дома точно лучше.

От наглости экономки принцесса опешила. И поставить бы зарвавшуюся нахалку на место, но что-то удержало девицу от этого шага. То ли мы все, присутствующие здесь, то ли поняла принцесса, что саночки уехали, а скоро и конь ускачет. Нужно торопиться, пока не сбежал к другой. Пора паковать сундуки.

И оправдаться не получится, свалить вину на герцога тоже. Сама целовалась и отвечала на поцелуи.

– О какой любви? – осторожно поинтересовалась Милолика.

– О вашей с герцогом. Вы ведь поэтому не становились невестой брата, да? Родители заставили к нам приехать? – снова подал голос Вертислав. – Эх, надеюсь, что меня никто не заставит.Братьев двое, я один…

Я взглянула на парня… И ведь стоит такой весь внимательный и сочувствующий, однако я чуяла нутром, что он артист почище Крутикова, умалчивавшего о своей сути.

После речи принца мы все уставились на Милолику, которая не нашла ничего лучше, чем заявить, схватившись за живот:

– Что-то мне нехорошо.

И ушла. Не обернулась, не сообщила, как поступит, а взяла и ушла к себе, прихватив горничную, но оставив нам герцога Альвийского. И тот недолго думая попытался вломиться вслед за своей возлюбленной.

Однако дверь ему не открыли.

– Поздравляю вас, милорд! – воскликнула Варвара. – А какая же невеста красавица! Да умница…

Экономка играла как могла, а мы с Тафи переглянулись и отступили подальше от всех. Пора бы и уходить. Альвийский же выпятил грудь вперед, благосклонно взглянул на Варвару, а после – на принца. Верт смотрел молча, но чуяла я, что радуется, стервец. Мог бы – волчком бы закрутился, да нельзя. Стоит, прикидывается лаптем, но лицо держит. Важный такой. Я даже восхитилась и пожалела, что у меня нет мелкого братца. Я бы его очень любила, а по выходным пекла кексы с изюмом или блины.

Никто не обратил внимания на наш отход, и мы с Тафи спокойно направились к себе.

– Утром домой? Или прямо сейчас? – поинтересовалась я у подруги, а у самой в груди защемило. Мне вдруг захотелось увидеть Данияра, узнать, что он думает обо всем этом. Но главное, понять, насколько серьезны его намерения.

– Не знаю, Злата. Принц нанимал нас для высоких гостей, и, пока Милолика не съедет, можно остаться.

– Считаешь, Милолика передумает выходить замуж за герцога?

– Это мы узнаем утром. Хотя, если вспомнить, замужество он ей не предложил, а сама принцесса пока еще здесь и не спешит к себе домой.