Книга Чудовищный бизнес леди попаданки, страница 76 – Даша Семенкова

Рэй ухмыльнулся и покосился на меня с насмешкой.

— К чему? Ты ведь уже мне принадлежишь, не хватало ещё выламываться и красоваться перед собственной женой. Помнится, ты все хотела договориться. Я и разговариваю.

Вот поросенок! Знаю я эту позицию: для чужих я душка, а со своими как угодно себя можно вести. Такое надо гасить в зародыше, пока из этого милого поросеночка не вырос матёрый, наглый, омерзительный боров.

— Факт заключения договорного брака вовсе не обязывает любить тебя по-настоящему. Я думала, что сумела донести эту мысль.

— Рано или поздно это произойдет. Природа потребует, — он вновь окинул меня снисходительным взглядом. — А по факту заключения брака других вариантов у тебя нет.

— Значит у тебя есть, а у меня нет?!

— Все так. У меня есть, а у тебя нет. Если не желаешь прослыть шлюхой.

— Я думала, тебе нравятся шлюхи.

— Мне не нравятся легкомысленные женщины, особенно те, кто считает замужество поводом пуститься во все тяжкие. Но мне также не нравятся грубиянки, не нравятся девицы, которые настолько самодостаточны, холодны и дерзки, будто у них вдруг выросли... — он вспомнил с кем разговаривает, закашлялся и продолжил: —...усы. С такими хорошо проводить время. Иногда. Но тех, кому они достались в жены, жалеют вслух и потешаются украдкой.

Он что, не понял на кого я намекаю? Наверняка ведь понял, выходит, нас обеих припечатал. Любовницу ещё и за спиной, а в глаза ей улыбается и ласковым голоском мурлычет. Мерзость какая.

— Посмотрела бы я, как такие слова при своей Бети произносишь. Что же связался с такой вульгарной особой?

— Леди Бетани далеко не вульгарна, даже такая неотёсанная девица как ты в состоянии это заметить. Но раз уж мы говорим откровенно: о ней мечтают, от нее теряют голову, из-за нее стреляются, ее вожделеют... Но не уважают. Она не из тех дам, кого ставят в пример дочерям и кого воображают на месте будущей супруги.

— Надоела? — догадавшись, изобразила я сочувствие.

Хотя в душе, как ни странно, сочувствовала как раз Бетани. Она конечно та ещё штучка, но это лицемерие и обвинение во всех грехах только ее, но ни в коем случае не себя любимого, просто отвратительны.

Рейнер снова мне разонравился. Лучше бы о лошадях поговорили, нормально же все начиналось...

— Она прекрасна. Мне невероятно повезло, — произнес он как по заученному. Но если вспомнить, с каким пылом бросался ее защищать в первые дни... Небо и земля просто. — Ты не представляешь, как чудесно мы с ней проводили время, но здесь, в этой глуши, нам решительно нечем заняться.

— Рассказывай! — хохотнула я, намекая на их непристойные занятия, и почувствовала, как он недовольно на меня уставился. — На дорогу смотри, в столб врежешься.

— В какой столб?.. Да ну тебя. Я было на миг подумал, что в тебе есть что-то человеческое. Что нормально поговорить с тобой можно.

— Не нравится — не говори. Мамочку что ли себе нашел? Выдумал тоже, живой жене на любовницу жаловаться.

— Мертвой жене тем более жаловаться бесполезно. Мне до сих пор иногда кажется, что она... Как бы помягче выразится... Немного слабовата умом.

— Сам дурак, — огрызнулась я, обидевшись за Иви ещё сильнее, чем если бы меня оскорблял. — Но ты прав, не о чем нам разговаривать и незачем.

— Вот и молчи.

— Вот и молчу. И зачем вообще меня туда тащишь? Сам бы справился, все равно тебе нечем заняться.