Книга Леди любят артефакты 3, страница 117 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

Нужно было что-то предпринять, ведь чем больше магии успеет вытянуть Джефри, тем сильнее ослабнет лорд Блэквуд.

Краем глаза я уловила, как Мелани стремглав побежала на помощь брату и, не думая, бросилась ей наперерез.

— Отвали!

Мелани отпихнула меня в сторону. Потеряв равновесие, я упала на землю и что есть мочи вцепилась в длинные полы ее плаща. А затем, со всей силы, на которую только была способна, потянула ткань на себя. Непривычная к хождению в юбках леди Инграм, запутавшись в подоле, рухнула рядом со мной. Однако уже в следующую секунду перекатилась и опрокинула меня на спину.

Резкий удар коленом в живот выбил весь воздух из легких. Закашлявшись, я попыталась оттолкнуть ее, но Инграм уже сомкнула руки на моей шее.

— Уничтожу! — прошипела она, мертвой хваткой стискивая горло.

Хрипло дыша, я попыталась разжать ее пальцы и, поняв тщетность подобных усилий, принялась отчаянно сыпать ударами в ответ.

Но Мелани это не остановило.Дышать с каждым мгновением становилось все тяжелее. Мир вокруг начал темнеть. В бессильных попытках освободиться, я ногтями царапала ее лицо, в надежде дотянуться до глаз. Сдаваться было нельзя. Нельзя, чтобы она пришла на помощь Джефри!

Какая ирония, не брат, так сестра меня придушат.

Находясь на грани потери сознания, я чувствовала странное. Смерть явилась за мной громким аккордом разразившейся бури. Казалось, весь лес пришел в движение. Земля ходила ходуном. С жутким скрежетом выворачивались огромные сосны, а в воздух взметались языки пламени. Словно древние боги огня и разрушения в один миг сошли на землю. И последним, что я услышала, прежде чем окончательно провалиться в темноту, был неистовый вопль Мелани:

— Руки прочь! Не смейте прикасаться ко мне! Джефри! Джефф!

* * *

Покачиваясь на волнах, я плыла по длинной черной реке. Течение несло меня куда-то в неведомые края, забирая с собой боль и усталость. Оказывается, смерть это вовсе не страшно. Просто похоже на сон, тяжелый, но сладкий, соблазняющий своей бесконечностью…

— Бери еще! — донесся с далекого берега родной голос Генри. — Да хоть все до последней капли

— Тогда ты ляжешь рядом, — категоричный ответ принадлежал кому-то смутно знакомому.

Видимо, Генри остался на той стороне не один. Ведь я вспомнила этот голос. Он принадлежал лорду Дрессингу.

— Отставить обсуждения! Это приказ!

— В приграничье командовать будешь, — басовито произнес Торос. — Если собираешься сделать свою Катарину вдовой, для начала придется на ней жениться. А для этого ты и сам должен остаться в живых.

Генри выругался. И в одно мгновение меня словно вытянули из воды. А затем пришли ощущения теплых рук на коже.

— Смотри! Щеки порозовели. Она потихоньку приходит в себя.

Значит, я все же не умерла? И то, что мне привиделось, было лишь игрой отупевшего от усталости разума?

Осознав в полной мере, что жизнь таки не покинула меня, я ощутила одновременно и боль, и радость от того, как воздух свободно наполняет легкие. Веки казались слипшимися и свинцовыми, но в тело тонкой струйкой просачивалась живительная магическая сила.

Генри снова кого-то проклял. Да такими словами, которых прежде я от него не слышала. Чуть уши в трубочку свернулись.

— Лорд Блэквуд, — простонала я, — надеюсь, при детях выне станете выражаться подобным образом.