Книга Белое с Черным - идеальное сочетание, или на все про все 7 дней!, страница 84 – Елена Шевцова

— А как твоя сестра взяла, — я пыталась подобрать правильные слова. — смогла получить часть твоей силы, чтобы поместить ее в своего сына? Получается у тебя и у Рика проводились разные ритуалы? Тебе тоже подсаживали чужую силу?

— Каплю моей силы она взяла скорее всего из тех же архивов, — Калем потер переносицу. — Пока я был ребенком, отец проводил эксперименты и умудрился законсервировать часть изъятой искры. Это мои предположения, Флора, — уже более спокойно проговорил Калем, кажется после того, как он выговорился, ему становилось легче. — Просто я узнал часть своей силы в Рике, когда прервал ритуал. Не думаю, что это другой ритуал. Скорее сестра пыталась его усовершенствовать на свой лад, поэтому все пошло не так. А в меня нет, чужую силу не подселяли. Ритуалом пытались увеличить магический резерв. Магический резерв больше не стал, но и такой связи с источником тьмы как у Рика не образовалось. Отец пытался начать проводить другие эксперименты, но мне удалось выжить, а в пятнадцать сбежать из дома в академию. Там он меня уже достать не мог, на чем собственно наше общение прекратилось. Мой резерв сам по себе большой, своеобразная дыра которая теперь в нем зияет, наоборот служит мне плохую службу. Я пополняю резерв обычным способом, но не всегда могу удержать магию внутри себя и это чертовски больно. Как рана которая не заживает и не дает тебе забыть о прошлом, вечное напоминание. Мне приходится часто сбрасывать силу и опустошать резерв на половину, но и это не помогает. С помощьютебя я кажется понял почему, ты права плохие эмоции служат своеобразным катализатором, который разрушает меня, делает нестабильным. Мне тяжело концентрироваться, а когда боль усиливается я еще больше теряю контроль. Получается моя тьма выходит наружу и я не могу втянуть ее обратно даже при полупустом резерве. Единственное, что могу это пытаться как можно меньше выпустить ее наружу, но это еще болезненнее. Правда раньше она сама постепенно, медленно затягивалась обратно, уменьшалась, если выпадали спокойные времена. В последнее время стало сложнее, да и болевые ощущения усилились, а ты каким-то образом все сбалансировала. Сейчас я чувствую себя так как чувствовал в двадцать лет.

— Калем, а ты уверен что Аулина не причастна к покушению на твоего дядю? — переваривая новую порцию информации спросила я.

— Он и ее дядя тоже, — нахмурился некромант.

— Ага, а Рик ее сын, — хмыкнула я. — и это ее не остановило! Знаешь, я поражаюсь твоему отцу и твоей сестре! Я всего этого не понимаю и мне жутко! Они хотят блага для других, но почему-то вот такое непотребство, которое совершили над вами, над собой они побоялись сотворить.

— В их головы я не залезу, — пожал плечами Калем, а затем задумчиво произнес. — Я чувствовал ту тьму, которую ты извлекала из дяди. Это не моя сила, не сестры и не отца. Когда магия из источника попадает непосредственно в резерв мага она немного меняется, подстраиваясь под носителя. По этому по остаточному шлейфу магии можно понять кому она принадлежала. Не думаю, что сестре пришло бы в голову сотворить что-то подобное, да и смысл? Вступить в сговор с другим некромантом? Никто в здравом уме не будет отдавать часть своей силы, тем более оставляя такой след.

— Почему-то мне кажется, что ты недооцениваешь тех тараканов, которые водятся в голове твоей сестры, — усмехнулась я. — И насколько я поняла, больные на всю голову, у вас в роду были не только Аулина и твой отец. Кто знает, что хранится еще в архивах Ринсов. Не хочешь поговорить на эту тему со своим братом?