Книга Охота за наследницей, страница 62 – Лана Север

— Мне кажется, или это мое? — в голосе не было злости, только ирония.

Дабы нейтрализовать нежелательные действия со стороны мужчины, лучше всего обрушить на его голову тяжелый и тупой… аргумент.

— Строго говоря, еще вчера было мое, — я закусила губу, и взгляд мужчины мгновенно сфокусировался на ней. — То есть, я же ее добывала, хранила у себя, пожертвовала своим… эээ, телом.

Последнее слово я почти прошептала. Марк молчал, только в глазах его вдруг заплескалось что-то новое. Находясь и так слишком близко, он лишь чуть качнулся в мою сторону и накрыл губами мой рот. Я не подумала сопротивляться, потому что моральных сил на борьбу уже не было.

Этот поцелуй отличался от предыдущих, как взбитые сливки от скисшего молока. На этот раз со стороны мужчины не было желания подчинить или что-то доказать. Ну, разве что доказать свое право на гран-при в конкурсе поцелуев.

Руки Марка обвили мою талию, притиснув сильнее к крепкому торсу, а мои поднялись к его шее и запутались в волосах. Дыхание сбилось. Я приоткрыла рот, чтобы глотнуть воздуха. Он тут же воспользовался моментом и углубил поцелуй, нежно исследуя и играя языком с моим. Одна рука его легла на мое бедро и потянула рубашку вверх, задирая ее. От прикосновения горячей ладони к обнаженной коже будто оставались ощутимые следы.

Мужские пальцы были в опасной близости от самых сокровенных мест, пробираясь все выше и массируя внутреннюю сторону бедра. От чего в этих самых местах стало горячо и влажно.

Во рту я ощутила сладковатый и свежий ментоловый привкус. Невольно пришло сравнение с Максом, поцелуи которого имели вкус кофе и корицы. И эта мысль отрезвила.

Что я делаю? Я пару дней назад была с другим мужчиной, а теперь самозабвенно целуюсь с этим. Это уже не легкое поведение, а разврат какой-то. Я оторвалась от губ Марка и слегка его оттолкнула, тяжело дыша. Он не сопротивлялся, явно тоже несколько ошарашенный произошедшим.

— Марк… — я прокашлялась.

Внешне он уже почти взял себя в руки, хотя некоторые анатомические особенности, проступившие под брюками, явно показывали совсем иное.

— Будем считать это компенсацией за рубашку.

Повернулся и вышел, унося с собой флэшку. А я медленно стекла со стола на пол, пытаясь прийти в себя.

Ничего себе компенсация…

Утром меня доставил на работу Сергей, с которым мы неплохо нашли общий язык. Я села на переднее сиденье и всю дорогу развлекалась выслушиванием баек о его работе. Только о работе с Марком он вообще не распространялся. Ну и ладно.

Блондина за завтраком я не увидела, как не увидела и всю следующую неделю. То есть он заглядывал в бар, чтобы подписать какие-то документы, нейтрально со всеми здоровался и исчезал в кабинете, куда вереницей стекались то бухгалтер, то сотрудники для выяснения текущих проблем. Но ни разу не зашла я, а он тоже не делал попыток вызвать меня по делу.

Видимо, качество работы устраивало. Меня же устраивало отсутствие необходимости с ним общаться. Это дистанцирование лучше любых слов говорило о его отношении к случайному поцелую. Правда, я не понимала, как сама отношусь к произошедшему. Строить брачные планы точно не входило в мои намерения, как и заводить легкую интрижку с этой темной лошадкой, к которой я пока не нашла подходящую сбрую. Ну, то есть, не раскусила и даже близко не понимала его намерений. Ясно же, что его интерес и близко не стоит с интересом романтическим. Где он, и где я? Поэтому все происходит, как надо.