Книга Бойся моего ада, страница 123 – Виктория Вашингтон, Екатерина Юдина

Забирая ноутбук, я положила его в сумку к остальным вещам и тихо зашипела, когда запястье вновь полыхнуло жжением. Да что же это такое? Изначально я считала, что просто залежала руку. Но, неужели я ее потянула? Разве боль не должна быть другой?

Пытаясь это терпеть, я потащила свою сумку к выходу, перед этим проверив, чтобы в комнате Аша не осталось ничего моего.

Когда он вернется, сможет жить так же, как и раньше. Мои вещи ему уже мешать не будут. И, тем более, я сама.

* * *

Я должна была уехать отсюда еще утром, но пошел сильный ливень и водитель смог приехать только вечером. Я даже начала немного нервничать. Аш ведь вернется завтра утром и, если бы водитель еще больше задержался, возможно, мы бы с ним встретились. Амне до дрожи в душе этого не хотелось.

Ближе к девяти вечера мои вещи уже были уложены в багажник и я сама села в машину.

Когда мы выезжали за пределы ворот, я лишь раз обернулась и посмотрела на главное здание колледжа, понимая, что никогда не буду скучать за этим местом.

На улице уже стемнело, и в этом участке дороги не было ни одного фонаря. За окном — лишь ливень, нещадно заливающий стекла.

Стоило нам отъехать от колледжа, как я выдохнула. Меня до сих пор разбивало на части, и вряд ли я скоро приду в себя, но я пыталась собрать мысли и убедить себя, что теперь все позади. Через пять часов — аэропорт, потом перелет в столицу, и уже там — мой дом, друзья, университет. Обычная жизнь, к которой я так долго шла.

А то, что было в колледже… Стоило вспомнить про Аша, про все, что было между нами, как внутри все снова болезненно сжималось. Но я пообещала себе: вырву это с корнем, вычищу до капли и буду жить дальше.

Я даже хотела включить музыку — что-то теплое, ассоциирующееся с хорошим. Но не успела достать наушники — начался ливень. В последних лучах заходящего солнца я заметила, как ветви деревьев мотало ветром, а небо извергало потоки воды.

Скоро стало совсем темно, и дождь на окнах превратился в черную жижу. Мы ехали медленно, словно стояли на месте — дорогу заливало, машин вокруг не было.

Спустя полчаса впереди замаячили огни — сначала я обрадовалась, но зря. Дальше по трассе случился оползень, дорога оказалась перекрыта.

Мы долго пытались понять, как вообще возможно проехать дальше, но, чем больше проходило времени, тем более отчетливо таяли мои надежды на то, что я смогу успеть на свой рейс. В итоге, из-за небезопасности дороги, нам пришлось искать гостиницу.

Прошло еще три часа, прежде чем я смогла войти в крошечный, однокомнатный домик. Мокрая, замерзшая, уставшая до предела. Но опять сжимая телефон пальцами и видя очередные оповещения о пропущенных звонках от отца, я вновь попыталась набрать его номер. Безрезультатно. Чертовой связи вообще не было.

В итоге, еще и электричество отключилось, когда я принимала душ. Из-за чего, возвращаясь в спальню, я думала лишь об одном — рухнуть на кровать и заснуть. Чтобы поскорее закончился этот чертов день.

Но, делая осторожные шаги, я замерла.

В сознании скользнуло тревожное покалывание. Мне показалось, что в кресле кто-то сидит.

Умом я понимала, что это невозможно. Просто мое уставшее сознание рисует какие-то странные силуэты, но, неотрывно смотря в ту сторону, я почему-то ощущала то, как по коже скользили ледяные мурашки.