Книга Бойся моего ада, страница 11 – Виктория Вашингтон, Екатерина Юдина

— До построения еще сорок минут. Давай в столовку сейчас сходим. Есть хочется просто жесть как, — до меня донесся голос одной из тех старшекурсниц, которые еще оставались в этом помещении.

— Голодай. Тебе еще хотя бы пару килограмм нужно сбросить, — фыркнула ее подруга. — Да и нормальную еду там выставят как раз таки только построения. А пока что там только булочки, от которых у нас задницы разнесет.

— Ну, блин, нормальные у нас задницы. Да и сколько там калорий в одной булочке? Можем ее пополам поделить.

После этого послышался хлопок двери и я поняла, что эти старшекурсницы вышли в коридор. Не собираясь тут задерживаться, я тоже намеревалась как можно скорее вернуться в свою комнату, из-за чего быстро бросила зубную щетку в сумочку.

Вот только, дверь опять хлопнула. На этот раз кто-то вошел и, услышав тот голос, который за эти три дня для меня стал хуже ада, пальцами вцепилась в раковину и резко повернула голову.

Увидела Эльзу.

Она была в сопровождении лишь одной своей подруги, которая так же, кажется, являласьее соседкой по комнате. Обе все еще в пижамах. Но с полотенцами в руках и со специальными сумочками, в которых лежали принадлежности для утренних процедур.

Меня словно током прошибло. Это же нужно было так не повезти, чтобы с самого утра на нее натолкнуться.

— Да ты глянь, кто тут у нас, — Эльза тоже меня заметила и ее пухлые губы, пока что без единого намека на помаду, расплылись в ехидной улыбке. — Мил, закрой-ка дверь.

— Уверена? — спросила ее подруга, сладко потягиваясь и пытаясь размяться. Из-за этого ее короткая пижамная майка задралась и стал виден проколотый пупок. Кажется, в колледже это было запрещено, но, наверное она снимала пирсинг во время медосмотров. — Просто в душевые сейчас все будут ломиться. Время же.

— Да мы быстро. Подождут в коридоре пару минут, — Эльза отбросила на одну из раковин полотенце и поставила сумочку на скамейку. — Пока наша ущербная будет желать нам доброго утра.

— Я ничего делать не буду, — кое-как разжимая пальцы, я отпустила раковину и схватила свою сумочку, пытаясь не думать о том, что Эльза имела ввиду под «желать доброго утра». — Ты же понимаешь, что все это не сойдет тебе с рук?

— А что ты мне сделаешь? Директору пожалуешься? — она насмешливо вздернула подбородок, тонкими, изящными пальцами поправляя бирюзовую кофточку от пижамного комплекта. — Ну, давай. Попробуй.

— Ты… — я запнулась. До меня донесся звук щелчка и, повернув голову, я увидела, что подруга Эльзы, ехидно ухмыляясь, все-таки закрыла дверь на защелку.

— Так, что, пожалуешься директору? — Эльза, повторяя этот вопрос, скрестила руки под небольшой, но аккуратной грудью.

А ведь она прекрасно понимала, что я этого сделать не могла. Конечно, трех дней мало для того, чтобы полностью узнать новое место, но, если я что-то и уяснила — тут доносчиков терпеть не могли. Но где их вообще любят? Даже в моей школе, которую я закончила полгода назад, доносчиков травили.

Вот только тут, поскольку колледж закрытый, негласные правила среди студентов были еще более жестокими. И мне уже дали понять, что, какими бы у тебя не были проблемы, пойдешь жаловаться к старшим и абсолютно для всех ты станешь крысой. А крыс тут не любят. Их травят с особой изощренностью.

Возможно, Эльза именно этого и добивалась, вот только имелся один нюанс. Я бы никогдане стала жаловаться, но то, что происходило сейчас выходило за все грани и мне уже в серьез было страшно за свою жизнь. И я бы пошла к директору, но мне не поверят. Эльза была не просто местной королевой, но и прилежной ученицей. Лучшие оценки, участие во всех конкурсах, победа на них, идеальное посещение лекций и поведение на них. Она являлась любимицей всех учителей.