Книга Невеста по ошибке, страница 70 – Катарина Маура

Дело не только в моей матери и боли, которую она продолжает причинять. Дело и во всем остальном. Почему, что бы я ни делала, я никогда не бываю достаточно хороша?

Мои тихие всхлипы заглушает шум душа, и я прислоняюсь к стене, позволяя себе ощутить все муки, которые я пытаюсь скрыть.

Обычно единственное, что меня радует, — это моя работа, но не сегодня. Мне пришлось переделывать свои снимки снова и снова, потомучто я не могла добиться нужного выражения лица, а еще у меня возникли проблемы с поиском материалов для моих следующих проектов. Мой день и так был ужасен до звонка мамы, но она, несомненно, сделала его еще хуже. Неужели я прошу слишком многого, когда хочу, чтобы мама утешила меня в плохой день, а не просила подставить плечо сестре?

Почему я никогда не могу стать чьим-то приоритетом? Почему я так недостойна этого? Почему я никогда не смогу сравниться с Ханной в глазах моих родителей? В глазах Ареса? Что есть у нее, а у меня никогда не будет? Почему моего старания никогда не бывает достаточно?

Чувство поражения давит на меня, и я пытаюсь дышать сквозь рыдания, подавляя слезы. Я вышла замуж за Ареса, но он едва выносит мое присутствие рядом. Теперь я его жена, но ценой этого титула стала наша дружба… и я уверена, что в конечном итоге это будет стоить мне гораздо больше. Это будет стоить мне моих шатких отношений с Ханной и моими родителями.

Арес

Я сжимаю челюсти, прислушиваясь к всхлипываниям жены через дверь ванной. Она изо всех сил старается не шуметь, и это убивает меня. Я не сомневаюсь, что являюсь одним из источников ее боли, и не знаю, как сделать это лучше.

Душ выключается, и я делаю шаг в сторону, направляясь к нашей кровати. Я сажусь и беру телефон, не зная, как поступить. На мгновение я задумываюсь о том, чтобы написать сестре и попросить ее приехать, но потом решаю, что лучше не надо. Если ей нужна Сиерра, она бы просто сама пришла, не так ли?

Рейвен выходит в футболке с длинными рукавами вместо одной из сексуальных ночных рубашек, к которым я уже привык, но при этом она выглядит еще более неотразимой, чем обычно. Она замирает, увидев меня, сидящего в постели, и мгновенно отводит взгляд, несомненно, надеясь, что я не замечу, как покраснели ее прекрасные глаза.

Я заставляю себя отвести взгляд и притворяюсь, что увлечен своим телефоном. Я не знаю, как встретиться с ней взглядом. Я хочу быть рядом с ней, но не хочу давить или вмешиваться, если это не то, что ей нужно.

Рейвен молчит, ложась со мной в постель. Я ожидал, что она что-то скажет, хоть что-то, но она просто поворачивается ко мне спиной и сворачивается клубочком, ее дыхание все еще неровное.

Я наблюдаю за ней какое-то время, отмечая, как ее маленькие руки обхватывают одеяло, как она неглубоко дышит. Кажется, что она может разрыдаться в любой момент, снова и снова, но она изо всех сил старается этого не делать. Сегодня, как никогда, я хотел бы быть тем человеком, на которого она могла бы положиться. Я бы отдал весь мир за то, чтобы быть тем человеком, к которому она обращается, когда у нее болит сердце, когда она ищет утешения.

Я делаю глубокий вдох, прежде чем открыть приложение, которое управляет всем в доме. Я не уверен, стоит ли мне приглушить свет или выключить его совсем. Чего она хочет? Учитывая то, как она только что спряталась в душе, я подозреваю, что ей нужна темнота.