Книга Невеста по ошибке, страница 152 – Катарина Маура

— Правда? — спрашиваю я. — У нас будет общий ребенок? Ребенок будет моим?

В ее глазах мелькает боль, и я вздыхаю. Я не могу понять, что с ней на самом деле. Я понятия не имею,играет ли она, но я бы не стал ей мешать.

Слезы наполняют ее глаза, и она кладет руку на живот.

— Конечно, Арес. Что… как ты мог…, — она отводит взгляд, по ее лицу течет слеза. — Рейвен действительно заставила тебя ненавидеть меня, не так ли? Как ей это удалось? Как она разрушила любовь, длившуюся годами, всего за несколько месяцев?

Я сжимаю кулак, подавляя желание наброситься на нее.

— Нет, — говорю я спокойным голосом. — Никто не в силах заставить другого перестать любить кого-то, Ханна. Она не отбирала меня у тебя. У нас с тобой все было кончено задолго до того, как ты решила уйти. То, что у нас с тобой было… это родилось из обязательств.

— А то, что у тебя с ней, — нет?

Я отвожу взгляд и качаю головой.

— Нет. С ней все по-другому. У меня не было намерения наладить с ней отношения. Если уж на то пошло, я хотел дать ей столько свободы, сколько она могла пожелать. У меня не было никаких ожиданий, когда дело касалось Рейвен, но со временем я обнаружил, что хочу от нее все больше и больше. — Я смотрю в ее глаза и глубоко вдыхаю. — Думаю, ты не хуже меня знаешь, что то, что у нас с ней есть, создавалось годами. Я просто не осознавал этого.

В ее глазах вспыхивает неподдельная боль, и она вздрагивает.

— Неужели все так и будет, Арес? Неужели наш ребенок будет расти с родителями, которые не могут даже завести ни одного разговора, не пропитанного взаимной обидой?

Я отвожу взгляд, не в силах даже представить себе будущее для нас четверых. Я делаю глубокий вдох и подталкиваю к ней стопку бумаг.

— Если у нас с тобой будет общий ребенок, нам нужно будет прийти к соглашению о том, как мы будем его воспитывать.

Она берет документы, ее глаза расширяются.

— Ты хочешь усыновить ребенка?

Я киваю.

— Давай начистоту, Ханна. Ты не можешь вырастить ребенка, но я могу. Мы с Рейвен можем. Я хочу получить полную опеку, а ты получишь полное право на посещение. Ты сможешь продолжать сниматься и работать. На твою жизнь это никак не повлияет, а наш ребенок будет воспитываться в любящем доме. Он или она ни в чем не будет нуждаться.

Ханна сметает бумаги с прилавка, и они разлетаются, не долетев до пола.

— Я никогда не откажусь от своего ребенка, — говорит она, ее голос срывается. — Как ты можешь просить меня о чем-то подобном?

— Я не прошутебя отказаться от ребенка, Ханна. Ты сможешь видеться с нашим ребенком, когда захочешь. Конечно, это и в твоих интересах тоже? Ты всегда любила свою карьеру превыше всего. Это позволит тебе видеться с ребенком без тех обязательств, которые накладывает на тебя материнство.

Она покачала головой.

— Ты думаешь, я глупая, Арес? Неужели ты думаешь, что я позволю тебе забрать моего ребенка? Я подписываю документы о своих правах, а в следующий момент оказываюсь вычеркнутой из вашей жизни. Я не позволю этому случиться. Скажи мне, это была идея Рейвен? Разве недостаточно того, что она разрушает дом? Разве недостаточно того, что она заставляет этого ребенка расти в неполной семье?

— Следи за языком, — огрызаюсь я. — Меня чертовски тошнит от того, что ты вкладываешь слова в ее рот и обвиняешь ее в том, чего она не делала. Ты ушла, Ханна. Конец истории. Рейвен — моя жена, и, да поможет мне Бог, ты будешь ее уважать. Не пытайся вытворять это дерьмо со мной. Она, может, и позволит тебе выкручиваться, но я — нет. Если ты собираешься стать частью нашей жизни, тебе лучше выучить свое гребаное место.