Книга До тебя, страница 18 – Катарина Маура

– Ты врач, – напоминаю ему я, – твои руки бесценны. Ты правда хочешь повредить их? Эти руки должны спасать жизни.

Он бросает взгляд на меня, сжимая зубы.

– Она моя сестра. Я десять лет не видел, чтобы она так рыдала… Плевать на руки, Грей, я закопаю этого мудака.

На выходе он наклоняется, чтобы обуться. Я вздыхаю. Понимаю. Я точно так же хочу избить Брэда, но разве это поможет?

– Ладно. Мне придется спасать тебя от обвинения в нападении с отягчающими обстоятельствами. Как думаешь, во сколько мне это обойдется? Тебе позволят и дальше работать в больнице, если у тебя будет привод за криминал? Не уверен.

Ноа застывает, глядя на ботинки. Поражение и беспомощность – вот что он чувствует, и я слишком хорошо понимаю эти чувства.

– Чего ты хочешь, Грей? Я не могу просто его отпустить. Он разбил ей сердце. Заставил ее плакать.

Я киваю и прислоняюсь к двери, блокируя выход.

– Я хочу, чтобы ты предоставил это мне. Я же здесь, правда? Можно избить его так, что он попадет в больницу, но он поправится. Переживет это, и через месяц все забудется. Нам не подходит. Ария – член и моей семьи тоже, Ноа. Я не позволю ему уйти безнаказанным. Я разрушу его жизнь. Верь мне, хорошо?

Ноа смотрит мне в глаза, как будто взвешивает, верить или нет. Неохотно кивает, и я облегченно выдыхаю.

– Я хочу, чтобы он поплатился за то, что использовал ее, Грей. Хочу, чтобы он пожалел, что сделал ей так больно.

Скрестив руки на груди, я самодовольно ухмыляюсь.

– Ноа, я заставлю его пожалеть, что он вообще заговорил с ней.

Он кивает, и я мотаю головой в сторону гостиной.

– Пойдем, – говорю я. – Заставим этого сукина сына заплатить за все.

Я провожаю его к обеденному столу, за которым я работал всю неделю, и включаю ноутбук. Ноа ерзает, наблюдая, как я печатаю строки кода, и я со вздохом заставляю себя проговаривать вслух все, что делаю, просто чтобы уменьшить его беспокойство.

– Ария сказала, что помогала ему разрабатывать программы, так? Если бы не она, у него не было бы ни одного работающего проекта. Я только что подключился к его рабочему компьютеруи теперь вношу искажения в его файлы и бэкапы. Не самые очевидные, конечно. Это было бы слишком просто. Меняю код, – объясняю я, выделяя строки, и, хотя явно ничего не понимая, Ноа кивает. – Теперь все программы, которые он писал, с каждым запуском будут работать все хуже и хуже. Он ничего не поймет, пока программное обеспечение не окажется у клиентов, а тогда будет уже слишком поздно что-то исправлять.

Ноа ухмыляется и смотрит на меня, широко открыв глаза.

– Ты умеешь делать такое?

Я киваю, мои пальцы летают по клавиатуре.

– Это уничтожит его репутацию в отрасли. Он не только потеряет работу, но и не сможет устроиться программистом в другое место. Не после этой лажи. Такие проблемы повлекут за собой крупное расследование, и все укажет на него.

Скрестив руки, Ноа хмурится.

– Он не узнает?

Я отрицательно качаю головой.

– Довольно очевидно, какие части кода писал он, а какие другой человек. Видимо, Ария. Его куски – это бардак, он использует десять строк там, где можно обойтись одной. Он никогда в жизни не разберется, в чем дело, и я прослежу, чтобы все указывало на него.

Короткие емкие строчки кода кажутся мне знакомыми. Я узнаю отдельные элементы, но не могу вспомнить, где их видел.