Книга Повелитель Лжи, страница 82 – Даниэль Зеа Рэй

Пряча гнев за глубоким дыханием, Гронидел сжал кулаки.

– Марк нарядил всех подавальщиц на ужине в те же одежды, что были на принцессе. Она должна была выглядеть так же, как они. И ваша жена не стерпела того оскорбления. Женевьева встретила ее в коридоре. Принцесса Сапфир выглядела странно. Сбитая с толку, испуганнаяи потерянная, она стояла в коридоре и разговаривала сама с собой. А потом появился Марк, и все изменилось. Туремская принцесса изменилась.

Ролана выпила еще напитка и начала тараторить, стараясь как можно быстрее проговорить ужасную правду:

– Ваша жена схватила Женевьеву и потащила в зал для пиршеств. Там ей принесли меч. Марк сказал, что пригласил обманутых мужей проучить принца Гронидела и завладеть тем, что ему дорого. И начнет представление король Марк, которому и без того принадлежат все женщины Мерага.

– Чтоон сделал? – упавшим голосом спросил Гронидел.

– Он овладел ей на глазах у всех гостей.

Принц почувствовал, что его сейчас вырвет. В голове помутилось, стало нечем дышать.

– Когда он закончил, на нее накинулись все остальные, – добавила Ролана.

Гронидел встал. Пытаясь унять боль в сердце и чувство собственной вины за весь ужас, что пережила Сапфир, он вдруг отчетливо понял, почему Фейран просил всех и каждого не говорить с принцессой о том, что произошло в тот день. Ведь пока Сапфир этого не помнит, она как будто этого и не переживала…Не прошла через это пекло и не осталась со своим горем один на один после смерти…

Слезы, проступившие на глазах, душили принца. Воображение рисовало сцены одну ужаснее другой. В воспоминаниях всплыл образ девы с горящими глазами и золотом веснушек на щеках, шествующей к нему с отрубленной головой и покрытой чужой кровью с головы до пят.

Чья то была кровь? Женевьевы? Или всех тех, кто устроил насилие над ней?

– А потом она схватила меч и отрубила всем головы, – в тишине озвучила Ролана. Моя сестра, за муками которой она наблюдаласо стороны, стала ее последней жертвой. Она убила всех. Неверных жен – за то, что смотрели, как мужья уподобляются шакалам, раздирающим полумертвую добычу, и ничего при этом не делали. Она отрубила головы монстрам, что напали на Женевьеву после того, как с ней закончил король.

Гронидел застыл.

– Так над кемМарк и остальные надругались? – пораженный, спросил он.

– Я вижу облегчениев вашем взгляде, – неожиданно резко ответила Ролана. – И понимаю, что именно так вы и должны себя чувствовать, осознав, что это не вашу женувсе они уничтожали в том зале на пиру. Нет, ваше высочество. Ваша жена, как и ваши бывшие любовницы, просто находилась там и ничего не делала.Она наблюдалаза всем со стороны, являясь таким пособником их ужасных преступлений против женщины и неприкосновенности ее тела. Я понимаю, что Женевьеву, в отличие от супруги, вам не жаль, но не стоит показывать это безразличие мне, ее сестре.

– Ты неправа! – повысил тон Гронидел, но облегчения в голосе скрыть не смог.

Да и должен ли принц что-то скрывать? Страдания Женевьевы, безусловно, трогали его и казались ужасными. Но он не мог врать самому себе и утверждать, что не испытал облегчения оттого, что пострадала бывшая любовница, а не жена.

Ужасно?Нет, вовсе нет. Ужасен поступок, в результате которого рассудок мог помутиться не только у Женевьевы, но и у Сапфир. Настоящей Сапфир, что вынуждена была наблюдать за происходящим со стороны и не иметь возможности остановить это.