Книга Повелитель Лжи, страница 142 – Даниэль Зеа Рэй

– Три года, – повторил он. – Совпадение ли? Не думаю. Это для Фейрана и Роя прошло три года. А для Улья и всех остальных минул миллион лет.

– То есть уничтожив мир фейцев, они прыгнули вперед на миллион лет и явились сюда, готовиться к нападению гайнбрадов? – сделала вывод Сапфир.

– Верно, – закивал Гронидел и начал расхаживать по помещению взад и вперед, пытаясь унять мысли и бурча себе под нос новые открытия. – Они всегда знали, гдемы находимся, но не знали, в каком моменте временимы будем здесь находиться. Открытие порталов в Изнанку после взрывов месторождений маны стало для них всего лишь боем часов, ориентиром во времени, что пора нападать. Фейран как никто другой должен понимать, что победить существ, которые предвидят будущее, невозможно. Но также он понял, что хоть они и видят будущее, течение времени является для них чем-то сложным и непонятным, чем-то, что они неспособны постоянно контролировать. Парадокс Фейранарассчитан на маловероятныесобытия, происходящие с течением времени. Маленькие шажки в разных отрезках, которые трудно уловить тем, для кого все это бесконечный цикл рождения и смерти. Гайнбрады и Рой, Рой и гайнбрады – это мы смотрим на них по-разному и делим по тому, кто из какого времени прибыл. Но для них самих разве существует разница? – Гронидел остановился и посмотрел на крутящийся шар мира маны со схемой возможного расположения фейских кораблей. – Это не война Роя против гайнбрадов, —наконец сказал он. – Это способ Улья уничтожить самих себя в бесконечном потоке времени.

Отойдя от вращающейся иллюзии мира маны на несколько шагов, Гронидел прижал ладонь к губам и начал истерично хохотать.

– Он сходит с ума, – подметила Обринь.

Сапфир неодобрительно покачала головой, не соглашаясь с зальтийкой.

– Мы – жертвы самоубийства вида? – озадаченно спросила принцесса. – Существа без имен устали жить и с нашей помощью решили покончить со своим существованием?

– Не совсем так. – Гронидел обернулся и прищурился. – Гайнбрады хотят жить, иначе не сражались бы за последний питательный ресурс из маны. Полагаю, уничтожить их хочет Улей. С твоих слов, именно Улей направил Рой их уничтожить. Тот самый Улей, который для гайнбрадов и того времени, из которого они пришли, возможно, ужедавно мертв.

– Но если ты прав, – взял слово Галлахер, что все это время внимательно слушал принца, – тогда почему Рой пытается избавиться от тебя? Ты же помогаешь уничтожить гайнбрадов, а значит, вроде как на их стороне?

– Но Рой я тоже хочу уничтожить, – пожал плечами Гронидел. – И Улей, если он существует. Я хочу уничтожить Сферу. Хочу, чтобы мир маны и мир богов оставили в покое. У меня так много желаний и целей, что вписать их в стройные планы Улья может быть очень даже сложно. А вот Фейран и его появление… – Гронидел снова рассмеялся. – Как умно и в то же время глупо, ведь уничтожая его мир и спасая его самого, они своими руками создали фейца, который в конечном счете способен погубить их вид.

– Так, может, в этом и есть замысел? —хмыкнул Кардахар и сложил руки на груди.

– Послушать вас, так мы сражаемся со смертниками. – Галлахер вскинул руки, взывая не то к богам, не то к разуму собравшихся. – Причем теми, которые добровольно пошли на этот шаг.

– О нет. – Гронидел покачал головой. – Мы сражаемся с теми, кто считает себя вправе вершить судьбы Вселенных и уничтожать целые миры в угоду своим интересам. Мы против тех, кто всегда хладнокровен и не испытывает эмоций. С теми, кто не боится умереть и кому уже нечего терять. Такие, как они – самые опасные враги. По-настоящему жестокие и беспощадные. Гайнбрады, Рой и Улей – так их зовут. И каждому их них мы должны нанести поражение. Фейран уже овладел или еще только овладеет, – Гронидел поморщился, – технологией перемещения во времени. Это определенно точно, ведь в настоящем времени существуют два Фейрана: один помогает нам, а другой служит Рою. И я не знаю, как их отличить.