Книга Грифон на Рождество, страница 26 – Зои Чант

Она моргнула, ее голос внезапно задрожал.

Роуэн улыбнулся, чувствуя, как внутри разливается тепло.

— Я бы очень этого хотел.

Щеки Эмилии очаровательно порозовели, и она опустила глаза, пряча их под темными ресницами. Роуэн поймал себя на том, что пялится, не в силах сдержаться, и задался вопросом, знает ли она, насколько красива с волнами темных волос, розовыми щеками и губами и изгибами, которые невозможно спрятать даже под зимней одеждой.

Она была совершенно очаровательна, и Роуэн знал, что вскоре поцелует ее… Эмилия была совершенно очаровательна. Взывала к нему, как песньсирены, более соблазнительная, чем все, кого он встречал в жизни.

— Итак, — сказал Роуэн, беря из корзинки еще одну картошку фри. — Что предлагаешь сделать в первую очередь?

Эмилия нахмурились, раздумывая.

— Ранее ты сказал, что не прочь окунуться в атмосферу Рождества. А сейчас, по моему мнению, более всего пропитано духом Рождества городская площадь. Поскольку погода улучшилась, нам, наверно, повезет.

— Повезет? — спросил Роуэн.

— Ага. Возможно, они вновь установят грот Санты. Ты сможешь сфотографироваться с ним, сидя у него на коленях, если хочешь. — Эмилия усмехнулась. — При условии, что ты был милым.

— Полагаю, зависит от твоего определения милого, — задумчиво произнес Роуэн, приподнимая бровь и усмехаясь, когда она вновь покраснела. Эмилия краснела чаще, чем любой ранее встречающийся ему человек… возможно, она тоже чувствовала их влечение друг к другу.

Роуэн не знал никого другого, кто бы мог послать пульсирующий жар по его венам, никого, кто бы заставлял его желудок сжаться от возбуждения.

Тяжело сглотнув, он попытался вернуться мысленно в настоящий момент.

— И ты готова отбросить свое отвращение ко всему рождественскому, чтобы показать мне окрестности?

Эмилия покачала головой, в ее глазах плясали искорки смеха.

— Думаю, что смогу, на пару часов. Но только на пару.

Роуэн не смог удержаться от смеха. Он так и не узнал, почему Эмилия не любит Рождество, но, если она предлагает отстраниться от этого, тогда он согласен. Рождество оставалось тем, в чем у него мало опыта, но ему было любопытно…. и если он изучит его больше с Эмилией, так даже лучше.

Они вместе дожевали остатки своих бургеров в счастливом молчании. Когда Эмилия закончила, то по очереди слизала с каждого пальца остатки соли и кетчупа, издавая после каждого счастливое мычание.

Роуэн обнаружил, что его взгляд постоянно возвращается к ее рту… ее пухлым красным губам, едва виднеющемуся розовому язычку, пятну кетчупа на щеке…

Он улыбнулся и указал на ее лицо.

— У тебя тут кое-что есть.

— О, Боже, — пробормотала Эмилия, потянувшись за салфеткой. — Прости. — Она вытерла, но безрезультатно. — Все?

Роуэн покачал головой.

— Все еще там.

Эмилия поморщилась и снова вытерла.

— А теперь?

— Даже не близко. — Рассмеявшись, Роуэн сам взял салфеткуи наклонился вперед. — Позволь мне.

Роуэн действовал чисто инстинктивно… только когда его рука коснулась нежной кожи на щеке Эмилии, и он вновь ощутил разряд энергии, то понял, что сделал.

Ощущение жара снова охватило его, сосредоточившись прямо в паху. Ему пришлось подавить желание громко застонать… жар горел в венах, заражая желанием.

И один взгляд на лицо Эмилии сказал ему, что она чувствует то же самое.

Ее глаза горели темным огнем, щеки раскраснелись, полные губы слегка приоткрылись. И хотя его поразила ее красота еще при первой встрече, Роуэн подумал, что никогда она не видел ее более сияющей, чем сейчас.