Книга Поворот: «Низины» начинаются со смерти, страница 77 – Ким Харрисон

— Нет, — Триск отвернулась, опустив голову. — Это моя ошибка. Я заплачу за неё.

— Триск…

Она покачала головой, заливая пол толстым кругом белого песка диаметром около шести футов. Квен стоял, явно недовольный, и наблюдал, как она ставит в центр свечу и блюдо с пеплом.

— Крупноват круг, не находишь? — спросил Квен.

Триск подняла на него глаза, сжав губы.

— Чем больше круг, тем меньше вероятность, что он попробует его разорвать.

Он?— удивился Даниэль, косясь на дверь. Ах да, демон.

— Это лишь усложнит его сдерживание, — сказал Квен, а потом громче: — Беги, если хочешь. Но учти, в ореховой роще она тебя не защитит, и я тебя прикончу.

— Квен, — упрекнула Триск, и Даниэль замер.

— Этобезумие! — воскликнул Квен. — Дай уж я вырублю его.

Триск выпрямилась над свечой. Минуту назад её ещё не было зажжено, но теперь огонь горел неровно, наконец разгоревшись под порывами сквозняка из двери. Даниэль бы поклялся, что не слышал щелчка спички.

— Нет, — сказала Триск, а челюсть Квена напряглась.

— Дашь нам минуту? — спросила она.

— Он ничего не вспомнит, — сказал Квен.

Триск всхлипнула, её лицо исказила боль.

— А я вспомню.

Раздражённый, Квен резко развернулся, собираясь уйти, но остановился прямо перед Даниэлем.

— Если побежишь, — произнёс он холодно, — я оставлю её одну против её демона. И если она погибнет от его руки, я всё равно убью тебя. Только тогда это будет долго и мучительно. Понял?

Даниэль перевёл взгляд мимо Квена на круг и свечу, не зная, чего бояться больше: демона, если он реален, или того, что они действительно в это верили.

— Понял? — повторил Квен громче, и Триск нахмурилась.

— Я не убегу, — сказал Даниэль. Но Квен явно не верил ему. Даниэль отошёл к дверям сарая, плечи его были напряжены, вся осанка выражала недоверие.

Триск села рядом с ним на тюк соломы, склонив голову. Она выглядела совершенно одинокой, и, видя это, Даниэль почувствовал, как его собственный гнев начинает таять. Он уловил от неё аромат корицы и вина, но мог поклясться, что она пила ледяной чай.

— Прости, — произнесла Триск тихо.

— За что? — спросил он. — За то, что ты владеешь магией? Или за то, что твой телохранитель хочет меня убить?

Она подняла глаза, и её карие зрачки поймали отблеск лампы в сгущающихся сумерках.

— Квен не телохранитель, — сказала она. — Он мой друг.

Даниэль заметил, как плечи Квена напряглись. «Друг» было не тем, чего он хотел, но слишком дорого ему стоило, чтобы разрушать это. Даниэль понял это чувство.

— Хотела бы я объяснить, — продолжила она, глядя, как её пальцы нервно теребят друг друга. — Но через несколько минут это уже не будет иметь значения. Мы заберём у тебя лишь крошечные куски времени, и ты ничего не вспомнишь.

— Это нехорошо, Триск… — начал он.

— Не перебивай, — выпалила она, явно стараясь не расплакаться. — По закону ты должен умереть, чтобы сохранить тайну нашего существования. — Она горько усмехнулась. — Мы ошиблись, а умирать должен ты. Но не в этот раз. — Триск поднялаголову, её дыхание стало ровным. — После этого я уйду в НАСА.

Лицо Даниэля вытянулось.

— Зачем? Триск, они ведь превратят тебя в общего ассистента. Ты там возненавидишь всё.

Она снова опустила голову.

— Считай это наказанием. Но хотя бы мои исследования будут внедрены, так ведь? Разве это не главное? — её голос задрожал, но становился всё громче. — Чтобы то, что я сделала, имело значение. Какая разница, чьё имя стоит под этим, если это помогает людям?